Кейран с тоской подумала о своих верных подругах-ровесницах – Родане и Афете, которые были ей как сёстры. На бойкую, острую на язычок Родану уже давно положил глаз Торус из клана Звёздные Псы – в будущем году, в праздник весеннего равноденствия, он собирался назвать её своей невестой; у нежной, застенчивой Афеты тоже был жених – Ратумен из клана Парящие Орлы. И Торус, и Ратумен той ночью тоже были вместе с Фландом в Большом Доме. О том, какая участь постигла обеих девушек, Кейран было неведомо. Даскилийцы не взяли пленных, если не считать Руэйда, которого они использовали, чтобы подавлять её волю и заставлять её подчиняться их требованиям. В то, что её подруг больше нет в живых, Кейран отказывалась верить, хотя умом понимала, что вряд ли им удалось избежать гибели в той чудовищной резне...
Наконец Кейран остановилась и присела на краешек жёсткого стула с широкой неудобной спинкой и деревянным навершием. Безграничная грусть теснила ей грудь.
Как же она была счастлива в Нордланде – пусть не всегда приветливом, с долгими студёными зимами и колючими метелями, но таком раздольном и свободном! Её отец, Сколван Благородный, принадлежал к одному из старейших северных кланов, и все её любили уже по одному тому, что она дочь такого отца. Она выросла в вере в могущественных богов своего народа – таких древних, что помнили зарождение всего живого на земле. Это они, боги Нордланда, дали её отцу мудрость и большое сердце, за которые его прозвали Благородным, они одарили его высокими почестями и величием. Это они, северные боги, суровые и зачастую жестокие, но справедливые, испокон веков оберегают народ Нордланда, не дают северянам согнуться перед чужеземными завоевателями, сломаться под мощью вражеского оружия или погубить себя в усобицах. Истинный норден с рождения и до самой смерти хранит внутри себя веру старины и память о величии предков.
Что ждёт её здесь? Сумеет ли она обжиться в этом мрачном каменном дворце? Не вынудят ли её отказаться от древних богов Севера и принять веру в чуждого для неё Двуликого, о котором она ничего не знает? Нет, конечно же, она не сделает этого по своей доброй воле. Разве только под давлением обстоятельств, подобных тому, когда её заставили преклонить колени перед вражеским королём...
- Госпожа, – раздался голос Кайлы, резко вырвавший Кейран из её печальных раздумий, – ваша ванна готова.
Купальня в королевском дворце заметно отличалась от той, в которую ходили мыться жители Студёного Ручья. Её стены, потолок и пол были выложены из серого камня, и выглядела она так же неуютно, как всё это громадное негостеприимное здание, скорее крепость, а не дворец. Когда Кейран ступала по каменному полу, каждый её шаг гулко отдавался в пустоте обширной купальни, усиливая чувство одиночества. В воздухе ощущался резкий запах влаги и мыльной пены. Посредине купальни, в выложенном гладким камнем полу, был глубокий бассейн – Кейран, увидев призывно манящую воду, над которой поднимался пар, на ходу сбросила башмачки и сняла платье.
Ей уже не терпелось смыть пот и дорожную пыль, расплести косы и тщательно вымыть волосы, которые наскозь пропитались запахом гари. Кейран вдруг остро почувствовала, как она устала. Подумала, что, если её не станут беспокоить, то она останется в купальне до конца дня, наслаждаясь тишиной и тёплой водой. Она не просто избавится от следов сажи, которая будто бы навечно въелась в каждую клеточку её тела, – она смоет с себя весь позор унижения и оскорблений, которым её подвергли враги.
Подойдя к краю бассейна, Кейран резко остановилась и нахмурилась.
Она с горечью и болью в сердце подумала о несостоявшемся ритуале брачного омовения, о своей корзинке с собранным в Туманной Чаще сребролистом, о жрице Раган. И вдруг, словно отзываясь этим мыслям, о себе напомнил магический амулет – загадочный подарок лесной ведуньи. Кейран даже вздрогнула от неожиданности – таким холодным стал камень на кожаном шнурке: будто превратился в кусок льда, который не желал таять, а, напротив, покрывал ледяным панцирем девичью грудь, пытался проникнуть в самое сердце. Всего мгновение назад от амулета исходило мягкое приятное сияние, но сейчас оно внезапно исчезло: как гаснет огонёк в масляном светильнике, задутый сильным порывом ветра.