Тропа становилась круче. Со стороны реки тянуло прохладой, слышалось кваканье лягушек и посвистывание ветра, гуляющего среди камышей. Из всех участков тропы Кейран больше всего любила тот, к которому сейчас приближалась. Это была вершина холма, и, достигнув её, можно было увидеть – как на ладони – расстилавшуюся внизу местность.
Поселение Студёный Ручей, расположенное в сердце Нордланда, испокон веков жило заповедованными предками обычаями, мало чем отличаясь от соседей. Так же праздновали осеннее и весеннее равноденствие, так же готовились к долгой зиме, так же гуляли шумные свадьбы в течение тёплого, но, увы, скоротечного лета.
Со времён первых поселенцев ручей, на берегу которого расположились жилища норденов, превратился в широкую реку. Летом река была светлая, спокойная, ласковая, и только в ненастные дни, когда на её поверхности появлялись гребешки, становилась похожа на синее вспаханное поле. По реке можно было уплыть в дальние дали, в земли других неведомых племён и дальше, в Даскилию, где правили вожди, которые предпочитали называться королями. Оттуда в Нордланд приходили летом на длинных ладьях под парусами иноземные купцы, и тогда начинался праздник. Купцам продавали меха, моржовый клык, рыбу, изделия из серебра и дерева, а получали от них ткани, зерно, коней, соль, вино и разные сласти.
Когда летняя пора подходила к концу, земля твердела по утрам, деревья стояли убелённые, как сединою, а вместо росы на травах и листве лежал иней. Улетали птицы, звери прятались в норы и берлоги, воздух звенел от первого мороза и становился свежим-свежим. Вдохнёшь – и больше не хочется выпускать его из груди: будто пьёшь из ручья студёную кристально-чистую воду. Пьёшь и никак не можешь напиться...
Зима, даже несмотря на то, что к ней готовились, всегда наступала резко, обрушивалась на поселения норденов густым, пушистым снегом, который укрывал всё вокруг. Иногда сугробы сравнивались с крышами. Ветра, сердито завывая, вздымали в морозный воздух колючие смерчи. Небо на долгие-долгие дни становилось серым, висело низко над землёй и днём и ночью неслышно порошило снегом. Реку сковывало льдом – и тогда Студёный Ручей оказывался отрезанным от всего остального мира. С другой стороны земли норденов омывались суровым Океаном.
Поселение у реки, носившее такое же название, продолжало процветать и разрастаться. Старейшие кланы, такие как Звёздные Псы, Поющие Ветра и Лунные Волки, по-прежнему жили на месте первоначальной деревни, в хижинах, не слишком отличавшихся от жилищ их предков. Только теперь эти хижины стали гораздо просторнее, в них было больше помещений, и стояли они теснее.
Самым заметным в поселении был Большой Дом, выстроенный для пиров и званых приёмов, для собраний старейшин и суда над теми, кто нарушал законы племени. Здесь решались вопросы войны и мира, принимались новые законы; здесь называли имена будущих молодожёнов; здесь вносили в списки племени имена новорождённых. Большой Дом возводили всем племенем, сплошь деревянный, с высоким тёсаным потолком и галереей, что опоясывала всё помещение по верхнему покою и словно висела в воздухе.
Расстояние между вершиной холма и Большим Домом было велико, но Кейран казалось, что она слышит голоса собравшихся там молодых соплеменников, а среди них – весёлый зычный голос возлюбленного.
Снова подумав о Фланде, Кейран шёпотом, с любовью и нежностью, произнесла его имя.
Глава 3
Некоторое время Кейран стояла на вершине холма, глядя на поселение, где в каждом доме трепетали в окнах огоньки, потом повернулась и побежала к лесу.
Темнота ничуть не смущала Кейран, знавшую в лесу каждый куст и каждый поворот тропинки. Единственное, что настораживало девушку, так это царившее в лесу безмолвие.
Днём здесь ещё звонко свистал дрозд, ворковали дикие голуби, заливались щеглы, мерно стучали дятлы; шумно хлопали крылышками чижи; шелестел в елях пушистый хвост белки; сухие шишки трещали под копытами оленей и лосей. Но сейчас, в ночное время, не было слышно даже крика лисицы или уханья филина. Ни звука, ни шороха. Даже деревья устрашали своим молчанием. Лес был погружён в тишину, словно жизнь в нём замирала с наступлением темноты. Наверное, поэтому предки норденов так его и прозвали: Тихий Лес.