— Мою жизнь, душу и Силу… — Острая стрела сверкнула мимо. — … Отдаю добровольно — моей сестре Изольде!
Тенмарский Дракон едва не взвыл. Опоздали! Он — опоздал.
Жизнь, Силу… Его Силу! Он уже почти ее взял!
Корделию брать нельзя, Илейн — почти мертва, а Тариана…
К змеям всех трех, когда четвертая — Изольда!
Обернуться к ней он успел. И даже вскинуть руки. А вот сдержать ее Браслеты — нет.
Миг — и Лингардская Ведьма хищной птицей взмыла над широкой площадью, над взвывшей толпой. Еще миг — лопнули браслеты Корделии, Илладэнского сопляка Диего, еще чьи-то… И разом угас костер Илейн. Вместе с жалобным криком. Но спасти то, что осталось, не под силу им всем! Даже будь все трое целителями.
Тенмарский Дракон обратился мгновенно. Он уж точно — сильнее, опытнее, он…
Зря отослал Арсена, но даже сейчас его сил хватит. Вся эта подлая шайка — только после сырых темниц! А живучая тварь Изольда Неистовая — еще и после тяжелого ранения!
Глупая толпа рухнула ниц, когда огромный дракон величественно воспарил над площадью. Жалкие трусы
Умный Жак-Гийом шарахнулся в сторону, споро поволок наглого дурака-сына. Так и застывшего на месте.
Стража честно постаралась отшатнуться подальше, прикрыться щитами… будто они спасут от драконьего огня. Да и от Лингардской бабьей Магии, если уж на то пошло.
Только живучая тварь не приняла бой. Ни одна из тварей. Щит отразил жаркую струю огня. Вспыхнуло пяток живых факелов — увы, из слишком близко подобравшихся горожан. Для них кисельные реки уже кончились, а молочные берега — высохли. И разом вспыхнули. Как и заслужено верными подданными — быстро.
Верными, но нерасторопными. Ненужными и бесполезными.
Миг — и новая Ведьма Севера исчезла. Без следа — будто ее на площади никогда и не было. Остался лишь недогоревший столб на помосте и закопченные цепи.
Исчезла. Вместе с сестрами, илладэнским сопляком и зачем-то прихваченным любовником матери. Или он у них — на двоих? Тенмарский Дракон бы и этому не удивился.
Глава 11
Глава одиннадцатая.
Лингард — Ритэйна.
1
Корделия молча утерла злые слезы. На нее ведь смотрят. Теперь и всегда. До самой смерти, неотвратимо летящей по пятам. Обжигающей огненным дыханием.
Илейн и Тариану схоронили под одним безымянным курганом. Изольда настаивала не насыпать могилу — чтобы не привлечь погоню. Чтобы подлые враги не схватили живых и не надругались над мертвыми.
Изольда действительно настаивала, но отказать еле живому от горя Диего — не смогла.
Они ведь не смогли вылечить Илейн. Силы Изольды и Корделии ушли на Щит, Прыжок и полет — все, целиком. Без остатка. Они вычерпали себя до дна. А умения Диего не хватило. Не хватило — и всё.
От отдал бы Илейн собственную жизнь… но этого не в силах ни один Маг, даже самый могущественный. Особенно — не Целитель. Увы, Целителя среди них не нашлось ни одного.
Диего выжил… чтобы протянуть оставшиеся ему меньше года. Потому что Илейн умерла.
Хрупкая романтичная Илейн, послушная дочь, любящая сестра, верная возлюбленная. Милая, добрая, нежная, до конца пытавшаяся понять всех. Она так любила семью, Лингард и Диего, а ее сожгли на костре. Не умела ненавидеть — и пала жертвой чужой лютой ненависти.
Не умела. Одна — из всей их семьи. Потому что отец оказался омерзительным предателем, а в душе рассудительной Тарианы пылало жгучее пламя ярче, чем у любой из сестер. Не потому ли судьба обделила Тару, что королеве нельзя быть такой?
Изольда разделила ярость и безумие Тарианы не более чем вполовину. Корделии остались лишь отблески. Но и этого хватило с лихвой. Так вот какой ты была на самом деле, Тара.
Собственные силы и жизнь ты отдала Изольде. Их осколки. А будь их у тебя больше — сожгла бы Тенмарского Дракона вместе с Лингардскими предателями. Под собственный яростный смех. О, Тара, каким же хрупким был твой рассудок! И какой отважной и сильной — душа…
— Корделия, Диего, нам пора.
А Мордреда незачем и торопить. Он — спокоен всегда. Это Диего горе сломило.
И Изольда остается самой собой. Истинная королева и наследница королев. Потомок древнейшей и величайшей династии славных воительниц и ворожей. Безмолвная и холодная. Ледяная. Старшая из них — хоть Диего и ее ровесник, а Мордред даже старше.
Как это жутко — быть единственной не пострадавшей! Изольда проклята и навсегда лишена трона, Мордред и Диего — своей любви, а последний еще и обречен. Тара и Илейн погибли.
И лишь Корделия легко отделалась. Виновница всего. Если бы она сумела вовремя понять…