И даже Элис и Вики, вроде как, живы. Вроде как.
И Исильдур уже начинает избавляться от Магов посильнее. По одному.
Жалеть их Изольда не собиралась. Они сами решили свою судьбу, поддержав жестокого и неумного подлеца. И теперь им некуда деваться. Для всех они — такие же подонки.
И выбора у них всего два — сговориться и избавиться от такого короля или умереть по одному. Но старинные Хроники неумолимы. Почти всегда люди до последнего выбирают второй вариант. В надежде, что именно их никто не тронет. Или что опасность уничтожит кто-то другой.
В конце концов, может найтись смельчак. Жаль, не сейчас.
Жаль, что у закованных пленниц мало времени. Жаль, Изольда настолько ослабела в тюрьме.
Прекрати, Изольда. Сосредоточься. У тебя всё должно сейчас получиться. А уж как Корделия распорядится своей новой Силой — ее воля и ее право. Главное, чтобы Сила вообще перешла к сестре. К последней дочери Гвенвифар — Снежной Пантеры.
Глава 18
Глава восемнадцатая.
Ланцуа, Веаран.
Огромные крылья будто закрыли само серое небо. И деревенский Маг осекся на полуслове.
Это не наглая ложь — в глупых попытках запугать посильнее! И не чья-то дикая фантазия — под кипящим зельем из черных дурманных мухоморов. Эти деревенские идиоты и впрямь откопали какого-то дикого дракона. И в самом деле — голодного ловца прикованных юных девиц, чтоб вам всем. И спятившему Ланцуа во главе со спятившим узурпатором, и одичавшему дракону-оборотню! Кому-то из случайных потомков очередного Тенмарского бастарда? Их иногда истребляют, но кое-кто еще чудом уцелел. В далеких Черных Горах.
Так чего теперь испугался, очередной недомаг, а?
А сильные, могучие крылья уже рассекают безвинный воздух злобного и глупого селения. Огненная тварь стремительно падает с серых грозовых небес. К прикованной Изольде. За очередной жертвой. Правда, прежде сюда приковывали лишь овец, баранов и старых коров.
Готовься, Изольда. Соберись! Сейчас ты сможешь наконец спасти Корделию! Самого близкого человека. Последнего из самых близких. Сама переменчивая судьба внезапно дарит тебе щедрый шанс. Иногда она спасает как раз полных дураков. По непонятному личному капризу.
Неважно, что именно станет причиной насильственной смерти. Главное, что ты умрешь. Это довольно для перехода всей Силы — и твоей, и Тарианы, — к тому, кого ты выберешь. К той.
Бешеный свист дикого ветра в ушах, преждевременная тьма в усталых глазах, стылый холод подступающего вечера. Изольда слишком ослабела, чтобы ее грела собственная кровь.
Давай, голодная крылатая тварь. Иди сюда. Иди к обреченной Изольде. Не тяни змея за хвост. Тебя здесь давно ждут. Пленница должна умереть еще в сознании, иначе ничего не выйдет. Не у тебя — у нее.
И пугаться тебя точно никто не собирается. На Острове Ястреба последняя из королев Лингарда уже была. Куда уж хуже?
Давай же, поторопись, тебя ждут.
Огромная огненная тварь склонилась еще ниже. И ближе. Заслонила и рвущийся сквозь саван туч солнечный свет, и наступающую тьму. Огромные крылья уж полностью закрыли подзвездный мир. Навсегда.
Черные фасеточные глаза, печальный взгляд… вполне человеческий. Разумный. Надо же.
Он понимает, что происходит? И что? Дикий дракон вообще может считать Изольду другим видом. А значит — вполне пригодной в пищу.
Особенно если он вообще не знал ни отца, ни матери. Ни родных, ни приемных. Или люди убили их на его глазах. Существа другого, враждебного вида.
Превращался ли он вообще в человека — хоть раз? Умеет ли?
А даже если и да — совсем необязательно это хоть что-то для него значит. Кроме дополнительных преимуществ и навыков.
Не грусти, дикий дракон. Тебе полагается убить подаренную жертву — благодарность глупых селян за защиту родной деревни. И внезапную милость нового короля, на которого тебя наверняка плевать.
А Изольде совсем пора умереть. Так что договоримся, не сомневайся. К тебе никаких претензий нет и не будет. Эти местные дураки сами позвали, обреченная жертва — не против, а глупый и злобный король останется с носом. Жаль — не без него. Слишком далеко для такого расположился.
Он пожелал лично увидеть кровавую смерть пленной Лингардской королевы, но без особого риска для себя.
Когтистые лапы уверенно протянулись к прикованной девушке. Дрогнули, с треском рвутся тяжелые стальные цепи.
Еще бы — не тащить же обреченную жертву вместе с изрядным куском прибрежной скалы. И это особого труда не составит, но вдруг тогда в драконьих когтях останутся всего лишь ошметки не только разбитого камня, но и жертвы? А Изольда вкуснее живой. Свеженькой. И есть ее приятнее дома. Где-нибудь в родной далекой пещере.