— Итак, Даша, расскажи о себе что ли? – обратился к ней мужчина. Как же чертовски сложно удерживать мягкие модуляции голоса, чтобы не пугать ее привычным низким рычанием. Ее запах витал в машине, мешая собраться с мыслями. Пришлось даже слегка опустить стекло, чтобы глотнуть свежего холодного воздуха. В голове чуть прояснилось.
— Обо мне? – девушка слегка растерялась. – собственно нечего рассказывать. Я – Даша Михеева, 24 года. Закончила ВУЗ. Работаю графическим дизайнером. Работала, — добавила она чуть тише.
— А что случилось?
— В нашей студии было сокращение. Вот и сократили меня, как молодого и очень перспективного специалиста, - ее губы грустно улыбались, но глаза по-прежнему сияли тихим добрым светом. Наверное, она просто не могла по-другому смотреть на этот мир. Девушка-светлячок.
Михаил невольно любовался ею. Несмотря на будоражащий аромат пары, он чувствовал рядом с ней странное спокойствие. Глянул на водителя, тот тоже вел машину и расслабленно улыбался. Андрей? Улыбался?? Эта вечно угрюмая гора? Чудны дела твои, Господи!
Только когда они заехали в ворота, девушка оторвалась от почесывания разомлевшего котенка и встрепенулась: «Ой, а мы где?». И только когда ворота за машиной закрылись, Михаил заметно выдохнул. Все, попался воробушек. Больше не отпущу!
— Дома. Пойдем распаковывать подарки твоему засранцу. Надо же его где-то разместить с удобствами, — как можно спокойнее, чтобы не спугнуть ее произнес он. Михаил вышел из машины и выжидающе смотрел на нее, стоя у открытой двери. Девушка нахмурилась, бросила на него испытующий взгляд, промолчала, но потом, видимо что-то для себя решив, кивнула и неловко выбралась из машины. Не боялась! Самое главное – она не боялась. Положив ладонь ей на лопатку, Михаил, словно радушный хозяин, повел ее к дому. Все домочадцы были предупреждены, что он едет с гостьей-человеком, так что неожиданных эксцессов можно было не опасаться.
Вместе они вошли в холл, и девушка нерешительно остановилась у порога. Михаил сделал пару шагов и обернулся: «В чем дело, Дашенька?» Он решительно подошел к ней и вопросительно посмотрел.
— Мне… нужно обувь снять. Ботинки грязные.
— Если хочешь - оставь. Мне они не мешают, — коротко улыбнулся ей, не переставая любоваться своим воробушком. Хрупкая, взъерошенная, но такая беззащитно-солнечная.
— Думаю, если я их не сниму, ваша домработница проклянет меня татарским проклятьем, — с задорной улыбкой произнесла девушка.
—Чем?? – глядя на его изумленное лицо, хотелось рассмеяться. Она с трудом сдержалась.
— Ну… у меня однокурсница была. Она говорила, что татарские проклятья – самые сильные. Конечно, не хочется проверять на практике, но за грязные следы на вымытом полу по-другому нельзя.
Мужчина несколько секунд смотрел в недоумении, а потом, запрокинув голову, расхохотался. Девушка не выдержала, и через секунду присоединилась к нему. «И все же», — осмеявшись сказала она, — «Держите». И всунув ему белобрысый комок, присела, расшнуровывая ботинки. Котяра недовольно мявкнул и попытался вцепиться когтями. Михаил потрясенно держал эту мелочь на ладони, не зная, что делать дальше. Даша разогнулась, сняла с себя куртку и шарф. Одернув светло-кофейный свитер с небольшим круглым вырезом, она стыдливо поджала пальцы ног. На ногах были вязанные носки ярко-апельсинового цвета. Девушка обожала этот радостный цвет, но на фоне строгого элегантного дома ее носки смотрелись убойным выстрелом прямо в сердце дизайнера.
Даша удивлялась сама себе – приехала домой к незнакомому огромному мужику – и не чувствовала ни грамма страха. Да, робела перед роскошью автомобиля и дома, но не перед ним. Михаил так помог котенку, столько с ними возился – ну не мог он после этого сделать ей что-то плохое. Лично ей – не мог и все. Откуда бралась эта уверенность — она и сама не знала.
Почему-то ей нравилось на него смотреть. Да, мужчина был красив, красив мужественной красотой – густые темно-каштановые волосы, яркие синие глаза, высокий умный лоб, патрицианский нос, с чуть хищно развевающимися ноздрями, твердо очерченные губы, упрямый подбородок. Однако почему-то, когда она на него смотрела, его неординарная внешность отходила на второй план. Она улыбалась и смотрела ему в душу, зная, чувствуя в нем что-то хорошее. То, о чем он и сам, наверное, забыл за свою долгую жизнь. Кроме того, девушка отдавала себе отчет, что этот мужчина так недосягаемо, космически далек от нее и ее жизни, что даже крохотная мысль о чем-то большем не возникала в принципе. Их свела одна спасенная жизнь, а потом они разойдутся, чтобы уже никогда не встретиться. Да, будут с теплом вспоминать друг о друге, хоть и с оттенком легкой грусти. Вернее – это она будет вспоминать, а у него наверняка слишком яркая и насыщенная жизнь, в которой нет места таким обыкновенным девушкам, как она.