Блисс отложила вырезку из газеты, в которой читала о пожаре. Она слегка улыбнулась, думая о счастье, которое было не так недавно, но она уже чувствовала, будто бы это случилось много лет назад, как если бы память была уже старой фотографией. Она думала о сияющим лице Шайлер и гордом Джека.
— Она была удивительна, — сказала она, сморгивая слезы, чувствуя глубокую тоску и боль за то, чего у неё не будет никогда. Любовь вечна.
Джейн убрала руку от руля и сжала руку Блисс с сочувствием.
— Я знаю что ты думаешь о Дилане, — сказала она. — Но ты бы поступила правильно, отпустив его.
Отпустить его… интересный выбор слов. Блисс никогда не могла по — настоящему отпустить Дилана Уарда. Она думала о том, что он сделал для нее: держал ее в здравом уме, давал ей силы для борьбы с духом ее отца, помогал противостоять Темному принцу. Ее жертва освободила ее от связи с ним — Дилан двинулся дальше, ушел в лучший мир — но она скучала по нему с болью, которая была физической. Она никогда не исцелиться от этого.
— Однажды ты найдёшь любовь такую же большую, как та, что была у вас двоих. Ты заслуживаешь счастья, моя дорогая, и ты его найдёшь, — сказала Джейн.
Блисс фыркнула, моргая слезами.
— Я в порядке.
— Я знаю, тебя. — Джейн улыбнулась. — Ты сильнее, чем думаешь.
Они проехали остаток пути в молчании, и через час прибыли к месту назначения. Джейн оттащила арендованную машину к окружающему остатки сгоревшего дома полицейскому ограждению посреди улицы.
— Я думаю, это здесь, — сказала Джейн. Это было после полуночи, улицы были пустые, тяжелый плащ непроницаемой тьмы. Единственный звук пришел с хрустом их шин на гравии. Ночной воздух был бодряще холодным.
Они вышли из машины. Блисс включила свой фонарик и пошла вперед. Как только они достигли того что осталось от дома, она охватила фонариком то, что когда — то, было гостинной.
— Что ты думаешь, — спросила она. Все было сожжено дотла, до пепла и пыли, обломков и мусора, покрытое светло — серым снегом. — Случайность? Поджог? Или…?
— Пока не уверенна, — сказала Джейн. — Давай подойдем поближе, посмотрим, может, мы найдем что — то странное.
Джейн распечатала историю сгоревшего дома из блога о сверхъестественных феноменах. Те, кто был свидетелем этого пожара, сказали, что слышали ужасные крики, жуткий рев, и маниакальный вой внутри дома, когда огонь бушевал. Но это был заброшенный дом, никто не должен был жить там — и после пожара полиция не обнаружила человеческих останков, нет доказательств, что кто — то даже был в доме, когда он горел.
Пожар был списан как несчастный случай: электрическая компания забыла отключить напряжение, и кабель вспыхнул. Это все.
Может полиция была права. Может там ничего не произошло. Может, здесь не было на что смотреть, ничего здесь не приведет их к собакам.
Но Блисс продолжала смотреть на дверь, которая все еще стояла, которая не сгорела. Это было невозможно, что весь дом смог сгореть, оставив только одну дверь. Она могла представить, если бы это был особый вид заклинания, какой — то вид защиты дома, что пожар удалось погасить, но только частично. Она навела свой фонарик на покрытую ожогами поверхность двери, и с близкого расстояния она могла видеть слабые следы надписи на обгоревшей древесине. Возможно какие — то руны. Через непроглядную тьму Джейн чихнула.
— Призрак Гамлета, — сморкаясь, пробормотала она.
Несчастный случай — официальное заключение полиции. Может весь этот несчастный случай был просто обманом. Это была еще одна возможность. Не было способа узнать наверняка. Нет способа узнать, если только…
Блисс держала свет фонарика на двери, медленно проводя ним сверху вниз. Краем своих кроссовок она откинула некоторые щепки древесины в сторону.
Там. Она что — то увидела.
Она подошла поближе и направила свет фонарика прямо на это, ее сердце начало биться в волнении от пьянящей лихорадки ее открытия.
— Тетя Джейн! — крикнула она. — Здесь!
Посредине обгоревшего дерева, на половину погребенная в пепле, была черная галька, которая светила как алмаз. Блисс сразу поняла что это. Каменное сердце — это остаток Черного пламени ада.
Блисс выключила свой фонарик с некоторым удовлетворением. Они были здесь. Собаки были здесь.
Глава восьмая
Бывший начальник пожарной части жил в небольшом доме в пригороде, и как только Блисс ступила на подъездную дорожку его дома, чувство глубокой ностальгии охватило ее, заставив остановиться и глубоко вздохнуть. Дом был обычным, одноэтажным, домик с красивыми рождественскими огоньками. Она выросла в огромном, элегантном особняке в Хьюстоне, потом жила в трехэтажном пентхаусе в Нью — Йорке. Но после странствий и постоянного пребывания в дороге, она нашла что — то трогательное в таком обычном и бережно сохраненном доме. Дом. Где же он теперь? Блисс больше не чувствовала себя принадлежащей к чему — либо, у нее больше не было дома.