-Ты серьёзно? Там экспонаты?
-Да, - односложно ответил он, - Жаль, что такие сокровища скрыты от посторонних глаз, я всегда именно так и считал, пока не встретил тебя.
-Почему, что изменилось?
-Есть у меня одно огромное желание, сокровище мое, спрятать тебя здесь и никому не показывать.
-Что ты этим хочешь сказать? - испугалась она. - Ты же не похитил меня? Не запрешь здесь, как эти произведения искусства?
Он рассмеялся.
-А ты бы хотела?
-Нет, - резко ответила Клара, - у меня экзамен через два дня, я же говорила!
Дориан не мог налюбоваться её неподдельной реакцией. Она была смущена, но не напугана.
-А после экзамена?
-Ты издеваешься надо мной?
-Немного, ты такая миленькая когда злишься.
-Я злюсь? Да ты ещё не видел, как я могу злиться, в таком случае лучше прячься.
-Не злись, я пошутил, пошли лучше я тебе покажу свои любимые шедевры.
Она вышла из машины, увлеченно рассматривая особняк. На её красивом личике светилась восторженная улыбка. Сам дом был произведением искусства.
-Нравится? - спросил Дориан, наблюдая за её улыбкой.
-Да, там наверняка сад, за домом.
-Там целый парк, солнышко, а за ним лес, мы же волки, - она оторвала глаза от дома и посмотрела на Грэя.
-Ты мне так и не ответил. Как это происходит? Я имею ввиду ваше превращение. Ты можешь это контролировать? Ты остаешься в сознании в обличии волка или нет.
-Я - волк, Клара, даже в человеческом обличии, никогда не забывай об этом. Волка нельзя сдержать, его можно только контролировать. Самое страшное для меня - это потерять контроль над своим волком. Пока я в здравом уме, то даже в обличии волка я остаюсь в сознании и мыслю трезво. Но бывает, что звериное нутро берет верх, тогда это только инстинкты, тяжело предугадать что произойдет.
-И много волков-оборотней в нашей стае?
-Достаточно, большинство может превращаться только в полнолуние. Им тяжело контролировать звериное нутро. Это ген, который передается с кровью, Клара. Пока в стае не смешивалась кровь с обычными людьми, все могли превращаться. Теперь это больше редкость, чем обыденность.
-Альфа самый сильный волк?
-Да, в какой-то степени это так. Альфа может контролировать своего зверя внутри, поэтому способен превращаться или не превращаться когда ему это нужно. Это большое искусство, которое требует внутренней силы и самодисциплины.
-Ты альфа, это значит, что ты можешь превратился даже сейчас?
Дориан улыбнулся.
-Хочешь посмотреть на мою вторую ипостась, солнышко?
-Не знаю, страшновато как-то. Что если ты огромный и голодный, сожрешь меня не проживав даже.
Дориан рассмеялся.
-С чего ты взяла?
-Все логично, ты искусал меня всю в человеческом обличии, думаешь твоя вторая ипостась не повторит того же?
Он взял её за руку и притянул к себе, так близко, что она почувствовала, как бьется его сердце.
-Не бойся, мой волк никогда не причинит вреда тебе, Клара, ты единственная, кто может удовлетворить его.
-И какого цвета у тебя шерсть?
-У меня какая фамилия, солнышко?
-Так ты у нас страшный серый волк, как в сказках?
-О каких сказках ты говоришь?
-Ну красная шапочка, например. Там он тоже хотел сожрать девушку, сначала прикинуться её другом, а потом ...
Дориан не дал ей договорить.
-Клара, я не друг тебе, ты - моя пара, ты - мое все.
Она покраснела, смотря на него, а он не теряя сладкого момента поцеловал ее.
Он чувствовал, что она приняла его поцелуй, как ее тело в его крепких объятиях на мноюгновение расслабилось, но потом она оттолкнула его.
-Что ты делаешь, ты обещал не трогать меня.
-Раз обещал, то не буду, - обиженно сказал он, - только учти, что волк внутри останется недоволен.
-Думаю, ты справишься, как раз проверю как там у тебя с контролем.
-Ты совсем не боишься? - заигрывал Дориан.
-Боюсь, очень даже, но если все, что ты мне сейчас наговорил хоть отчасти правда, то есть шанс, что ты меня не тронешь. Поэтому пошли, покажешь мне сокровища, спрятанные в этом красивом особняке.
Глава 31
Она с очарованием рассматривала картины на стенах, а он не мог оторвать от нее глаз.
-Не могу поверить, что здесь собраны самые дорогие произведения искусства? Даже боюсь спросить какова цена этой коллекции.
-Большая, Клара, только реальная цена слишком завышена. Иногда работы продаются за суммы, которые в сотни раз превышают те, что представляются разумными. Цена обычно бывает такой, какую готов заплатить покупатель, в основном покупка предметов высшего искусства часто представляет собой азартную игру для сверхбогатых, где призом служит известность и культурное признание, победитель в аукционных торгах получает не предмет с высокой ценой, а статус обладателя шедевра, настоящую цену, которого они никогда не поймут.