Скинул на землю рюкзак и портупею. Чтобы ухватить меня не за что было. Сверху положил обрез. Подумал. Поднял обрез, дослал патрон. Вот теперь пусть лежит.
Натянул на кепку башлык и застегнул энцефалитку. Ткань тонкая, но хоть что-то между моим горлом и его зубками. (Синяк всё ещё ковыляет. Не спешит, гад!)
Опять огляделся. Изменений никаких. В голову пришла мысль – надо бы сообразить на будущее бронированный воротник. Мысли в голове бродят – мама не горюй! От адреналина что ли? Аж сказка из будущей жизни придумалась.
Не скажу что сильно, но повеселился. Стоял в центре пятачка с монтировкой в руке. Глядел на синего. И как-то даже мандраж спал. Может от того, что уже подготовился, всё что мог – сделал.
А вот метров за семь синяк чуть ускорился. Это мы уже видели, знаем. В момент, когда он вытянул руки и бросился на меня – делаю шаг в сторону и резко бью монтировкой в висок. Череп лопнул, но удержался на коже.
Синяк оседает. Я отхожу на два шага назад. Пасу поляну. Вроде получилось. Но подождём.
Не спеша отошёл к рюкзаку. Закурил. Синий ни разу не двинулся. Оглядываюсь вокруг в монокуляр. Похоже, что мою первую «чистую» победу некому засвидетельствовать. Ну и ладно, я не гордый.
Монтировку сначала о землю протёр, потом жухлый лист лопуха сорвал, ещё раз вытер. Но нет. Лопух – это, конечно, универсальное средство гигиены. Но если это вирус? Супротив вируса лопух не катит. Так что пришлось лезть в рюкзак за спиртом, протереть – оно надёжнее!
Глотнул воды и экипировался. Пора. Решил мародёркой не баловаться. Синий одет обычно, наверняка нужного мне на нём нет. Да и не хочется его трогать. Пусть лежит.
Обошёл дважды умершего по небольшой дуге и двинул в сторону птичьего парка. Странно, но стало как-то безразлично. Приобретённый опыт устаканился в голове и организм как-то это воспринял. Пошли за новым опытом.
102. Мария. Кетоны, Прионы и Астемизол.
После чая перешли в больничный корпус. Сопровождали нас туда двое мужчин из местной самообороны: Виталь Вениаминыч, который нас первым встретил, и ещё один дядечка средних лет. Оба с ружьями. Тимофей свой «Моссберг» тоже на грудь повесил, а мой Иван «Бенельку» нёс наготове. К тому, что мы с оружием – местные с пониманием отнеслись.
– Ограждение территории у нас тут не самое надёжное, к сожалению, – сказала Ульяна Санна. – Поэтому ходим с опаской, группой и при оружии. Забредали уже к нам… «пациенты». Стрелять приходилось.
Однако эти двести метров мы дошли без проблем. Хотя идти по открытому пространству было не очень уютно. Но вот за нами закрылась дверь больничного корпуса, нас встретили и провели на второй этаж. «Отделение хирургии» – гласила табличка.
Здесь были даже пациенты в палатах: кто с костылями, кто в бинтах. Но атмосфера спокойная. Просто больница, где всё как обычно. Словно и не случилось никакого зомби-апокалипсиса.
Два приятных мужчины-врача присоединились к нашему разговору. Представились Игорем и Андреем – вот так запросто.
– Андрей Геннадьевич у нас заведует хирургическим отделением. Врач-хирург высшей категории. Доктор медицинских наук. Думаю, у нас в больнице он наиболее информирован по теме…
– По теме зомби, Ульяна Санна. Я предлагаю для простоты и удобства называть данный феномен именно так, как это повелось в массовой культуре. Зомби. Коротко и ясно.
– Хорошо, пусть так. Но я всё никак не привыкну к этому слову, уж простите. У меня оно как раз с масс-культурой и вяжется, но не с медициной.
– Согласен. Ещё несколько дней назад место этому слову было исключительно в книжках и фильмах определенного жанра. Но что же поделать, если мы теперь и в нашей работе с этим встречаемся?
– В народе их называют ещё «синяками», – вставил Тимофей.