Волчий гребень. Часть 1 (СИ)

– Перевожу на простой язык: на Техасщине дохуа стволов у населения. Они всех зомби отстреляли быстро и ни разу не толерантно!

– А про «самый белый штат» и «расовые особенности» – ты понял что-нибудь?

– Нет, это ещё обмозговать надо. А пока – слушаем!

…Передислокация в Техас Президента США и важнейших международных организаций косвенно подтверждает слухи о том, что Вашингтон, округ Коламбия, и Нью-Йорк – полностью потеряны для контроля правительства. Очистить эти важнейшие для страны регионы уже не представляется возможным без применения самых решительных мер…

– Ну вот, тут-то они и шандарахнут бомбой. Нет Вашингтона – нет проблем!

– А Нью-Йорк? Там же за 20 миллионов человек!

– Было, Тим. Было… И, кстати, заметь, насчет «расовых особенностей» – как раз тут-то, на удивление, белое население составляло меньшинство! Это о чем-то говорит…

…По сообщениям из Европы, больше всего от эпидемии пострадали крупные города, включая столицы. Из Лондона, Парижа, Берлина приходят тревожные вести: власти не могут справиться с эпидемией обычными медицинскими и полицейскими мерами. Более благополучная обстановка в Италии, Швейцарии и Венгрии, где с первых дней была сделана ставка на военную силу и вооруженное население.
Из России поступает скудная информация: известно, что с началом эпидемии Дума и Правительство полностью утратили свою роль, вся власть сосредоточена в руках Президента, Федеральной Службы Безопасности и военных. Российские границы закрыты не только для перемещения людей и товаров. В связи с мировым валютным и финансовым кризисом прекращены даже отгрузки углеводородного топлива по нефте– и газо–проводам. Отрезаны также информационные каналы и российский сегмент сети Интернет. Подобную закрытую политику проводят также Китайская Народная республика и Северная Корея. Из Пекина и Пхеньяна информация не поступает уже несколько дней.
Вы слушали выпуск новостей на «Радио Свобода»…

– А вот наши правильно поступают, я считаю! Перекрыть границы в случае эпидемии – это первое дело.

– Угу, но наши и внутренние перемещения перекрыли. И мы все, кстати, стали заложниками этой ситуации.

– А что было делать, Тим? Тут без вариантов…

– Ладно. Ещё слушать будем? Очень уж интересная картинка вырисовывается!

– Да, согласен. Мы за несколько минут столько всего интересного услышали, что аж в голове не укладывается. А давай…

– Чего?

– Давай теперь радейку подключим к антенне? Может местные какие каналы поймаем? Тех же ментов. Или вояк?

– Давай. Военных мы, конечно, не услышим в открытом эфире, тут даже не надейся. Ментов – ещё может быть, как тогда. Но послушать по любому стоит. Подключай.

Я быстренько отцепил от кабеля нашего диполя те «сопли», что накрутили парни. Поправил антенный разъём, накрутил на радейку. Зашипел сканер, пошёл отсчет частот: 136.000, 136.025, 136.050… Пока тихо. В районе 148-149 МГц, где мы надеялись опять услышать дежурный отдел полиции – только шум. Не везёт нам сегодня…

А вот на 151.875 нашлось что-то!

– Биииип! – вызов, и затем спокойный мужской голос в эфире:

– Машинист литерного 12-05 вызывает ДСП-ДНЦ Златоуст. Прохожу платформу 1948.

Машинисту отвечает женский голос:

– Литерный, слышу вас, ДНЦ. Светофор открыт. Подтвердите приём, как слышно?

– ДНЦ Златоуст, слышу вас хорошо, иду на предвходной светофор Златоуст, готовьте маршрут приема. Машинист литерного 12-05 МО.

– Литерный 12-05, принимаю вас на второй главный без остановки, на выход сигнал открыт.

– Ёлки-сосёнки, да это ж наши движенцы! – я аж подпрыгнул. – Литерный состав проходит здесь, рядом, они его через станцию пропускают!

– Биииип! – снова женский голос, уже другой, немного усталый. Дежурный по станции:

– Говорит ДСП Златоуст. Со второго пути выходной сигнал Н3 открыт, маршрут отправления готов, разрешаю отправиться.

– Принял, выполняю.

– Говорит ДСП Златоуст. Маршрут к стрелке 3 готов, маневровым порядком можете двигаться.