Хорошие хлопья Рыжий и пушистый выбрал, правильные – быстрого приготовления. Они в кипятке вмиг разбухли. Теперь дать им настояться минут десять, заодно остынет, и можно месить. Помоем пока руки…
– Марин, полей мне. И вы с Татьяной, кстати, тоже помойте. Поможете мне лепить? Ну и отлично.
Замесила я «тесто» из хлопьев – ничего так, нормальное получилось, упругое! Попробовала на вкус, досолила ещё чуток. Снова помесила. Ну всё, теперь накроем полотенчиком минут на пятнадцать, пусть настоится. А мы тем временем по кофейку… Девчата, будете? Будут!
Через пятнадцать минут – приступили к делу. Скалка? Где её тут искать? Мнём лепёшки руками. Просто отщипываем тесто – и разминаем, форму придаём. Размер? Не особо важен. А вот толщина – не меньше полсантиметра. Но и не больше сантиметра!
Втроём водрузили на мангал тяжеленный лист, на котором вчера жарёху готовили. И как только он нагрелся – на него последние остатки масла… и лепешки! Сначала одну сторону жарим, потом переворачиваем. По времени сколько? Да я и не считала никогда… по готовности смотрим.
Минут через пять на блюдцах в беседке начала расти горка румяных лепёшек. Мы одну на троих поделили, на пробу – ну ничего так, вроде вкусно. А уж когда дети, Даша и Саша, прибежали на запах… Ну как было не дать детишкам по лепёшке? И уж по их довольным мордочкам стало ясно – лепёшки вполне удались!
Хотя, ради честности, скажу: может быть, виновато отсутствие настоящего хлеба? Дня два без булочек – и любые лепёшки, даже такие простецкие, покажутся лакомством.
А уж если их в мёд макнуть.. Мёд-то у нас есть, дарёный!
И последнее – ещё очень хорошо, что такие лепёшки могут долго храниться. Они если и зачерствеют, всё равно вполне съедобны.
248. Шатун. Прощание с Иванычем. В дорогу!
Хорошая была идея – немножко поспать перед дорожкой. Всего пара часов сна – а встал свежим и бодрым. Вот теперь можно и в рейд!
Собрались у беседок – а там красота! Лорик с помощью местных женщин лепёшек нажарила. Попили ещё раз чаю, с лепёшками да с мёдом. Вкусно! Хоть и простая еда, но душа и пузо радуются.
Десять утра. По нашему плану – пора выдвигаться. Ружья заряжены, рюкзаки собраны. Квадрики лично мною с вечера проверены и заправлены. Как Лесник и обещал – бензина нам должно хватить. Хотя из четырёх канистр уже только одна полная осталась, и ещё в одной на донышке. Но дойдём до Метеостанции, там и заправимся. Главное – дойти.
Выкатили квадрики за пределы «защитного круга». Степан Иванович нас провожает. Сосед смотрителя приюта подначивает:
– Что, Иваныч, есть у тебя ещё соль-то в запасах? Заделывай за нами бреши, а то «супостаты» припрутся!
– Есть соль ещё! Заделаю.
– И кстати. Если будет возможность – возьми в помощь Геннадия, надо бы всех «супостатов», что мы этой ночью настреляли – обшмонать, в плане документов. Это не моя придумка, это начальник аварийно-спасательной службы Парка просил. Иван Палыч. Знаешь такого?
– Палыча-то? Как не знать. Он и надо мной начальник.
– Ну вот. Я понимаю, что дело неприятное, трупы смердячие ворошить. Но – надо. А мы не успеваем никак. Документы, паспорта, билеты если у кого есть – всё собрать. Я потом Палычу передам.
– Добро. Будет сделано.
– А если какие другие трофеи полезные найдутся, кроме паспортов… ты тоже бери. Ножи, патроны, всё что в дело годится. Потом – разберемся.
– И это понял. Вить, ты не переживай. Чай, не первый год на свете живу.
– Хорошо. И последнее: особое внимание «китайцам» удели. Я не знаю, конечно – может, они и не китайцы, а корейцы или японцы какие…
– Да китайцы это, я тебе точно говорю.
– Откуда знаешь?
– Да как не знать-то? Паспорт их: красная обложка, в круге четыре мелкие звезды и одна большая, над гробницей Мао, что ли… И буквами ихними, что-то вроде как «фля» … Верно?
– Ну, вроде бы да.
– Значит, не зря я смотрел. Мы же всех, кто на приют заходит, привечаем и примечаем… Но и доку́менты смотрим. Чтобы, значит, знать, кто куда, и кто откуда. Ежели потеряются или с тропы сойдут, или с дядь Мишей встретятся – хоть по пачпорту опознаем…
– Умнó… Ладно. Мы по коням! А вам – счастливо оставаться. Скоро увидимся. Двинули!
249. Денис Раст. Дорога до Стрелки.
Все едут, как и раньше. А вот у меня – по-другому. Я же теперь не один еду, Виталий со мной. Квадрик-то у меня одноместный, но больше ему пристроиться некуда было. Поэтому часть груза сняли, освободили заднюю площадку. Там Виталий и устроился. С «лупарой».
Мне же лучше – теперь, глядишь, не нападёт никто. Ну а нападёт – получит заряд дроби. И ладушки!