— Но послушайте, Обакум Калинович, — отвечал ему дородный маг из дома Земли, — легализовать темную магию — это кощунство.
— Совершенно верно, — кивнул граф Челищев, — если мы говорим о черной магии колдунов. Я же говорю об академическом подходе, господа. Это новая сила и власть, доступная всем магам.
— Так уж и всем? — встрял молодой виконт.
— Конечно. Маг Огня имеет способности к Хаосу, маг Воды — к магии Крови, а маг Земли, — граф Челищев глянул на предыдущего собеседника, — к магии Смерти!
Тот поперхнулся и сказал жестко:
— Вы говорите о некромантии. За нее у нас казнят.
— И снова вы о деревенских заклинаниях, господин. Поймите, что где смерть, там и бессмертие! Продление жизни, вечная молодость…
— А вы этим владеете?
— Владею, — коротко ответил граф Челищев.
— Не очень-то вы сохранились, как я посмотрю, уж не сочтите за упрек, ваше сиятельство, но раз уж вы утверждаете…
— Как вы думаете, сколько мне лет?
— Гм. Ну, порядка шестидесяти, я полагаю.
Граф Челищев усмехнулся.
— Больше. Намного больше… юноша.
Названный юношей мужчина имел первые седины.
— Ваша мать, должно быть, немолода? — спросил граф Челищев у мага Земли.
— Разумеется, постарше меня… — пробормотал тот.
— Неужели вы не хотите подарить ей лишние полвека жизни? Если это так, то у вас просто нет сердца, сударь, и не говорите мне о старинных табу.
— Ну а магия Крови? — послышался новый голос. — Вы и о ней хорошего мнения?
— А почему у вас такое кислое лицо, друг мой? — вдруг спросил граф Челищев.
— Мигрень, знаете ли.
— Позвольте… — граф Челищев взмахнул рукой.
Жаловавшийся на мигрень обескураженно заморгал.
— Перестала… — пробормотал он. — Это вы сделали?
— Внутричерепное давление, дорогой мой, не благодарите. Вот и магия Крови. Конечно, я мог бы и вскипятить вашу кровь, но оставим это для наших врагов.
Павел Рюмин выступил вперед, отодвинув очаровавшихся магов.
— Что вы скажете о Хаосе, граф? — спросил он. Инесса видела, как его зеленые глаза перестали быть веселыми.
— Хаос, — проговорил граф Челищев, смакуя это слово. — Так люди называют лишь то, что не познали. Как только мы двинемся в эти табуированные области, то хаос превратится в… порядок. Но магическая наука не может стоять на плечах одного человека, поэтому я и ходатайствую об учреждении новых домов. Дом Хаоса, дом Смерти, дом Крови. С появлением соответствующих факультетов тысячи студентов откроют новые горизонты.
— Это меня и останавливает, — сказал отец. — Темная сторона магии станет доступна многим, ее невозможно станет контролировать. Да, Державе нужна сила, но без внутренних рисков.
— Но мы же как-то миримся со вспыльчивостью магов Огня, — снисходительно глянул на него граф Челищев.
— Это другое. История нам уроком. Маги пришли на эту землю из Аркадии. Но что погубило саму Аркадию, великую империю? Темная магия. Именно поэтому на нее наложили табу, и в Державе ее нет. Я буду голосовать против вашего предложения, граф.
Инесса передернула плечами, ощутив внезапную тревогу. Лицо графа Челищева будто обвисло, взгляд его был тяжел и холоден.
— Ваше право, — кротко сказал он и отвернулся к другим собеседникам.
Инесса взяла отца под руку и отвела в сторону.
— Ты знал, что он проталкивает новый закон? — спросила она.
— Ходили слухи, — пожал плечами отец. — Теперь все встало на свои места. Он сильный маг и умный человек, но я в корне с ним не согласен. А ты заметила, какие у него глаза?
— Какие?
— Черные.
От входной двери раздался шум, резкие голоса.
Одетый в черный сюртук мужчина с кожей неприятного желчного цвета проводил в зал запыхавшегося парня. Инесса узнала дежурного мага, которого видела сегодня на Арене.
Он поспешно направился к графу Челищеву.
Инесса, делая вид, что ей позарез захотелось наполнить бокал, тоже двинулась к столу, где стоял граф. Остановившись рядом, она подслушала разговор.
— Господин Челищев, — говорил дежурный маг, — простите, что отвлекаю вас, но у меня трагическое известие…
— Говори.
— Ваш внук скончался.
— Как это случилось? — голос у графа Челищева был мрачен, но без доли скорби.
— Он проводил вивисекцию, но что-то пошло не так. Там был волколак, Молчаливый Кусака…
— По твоему, я знаю каждую псину поименно? Ты идиот?
— Простите, господин.
Инесса замерла. Она знала, что это прозвище дали Георгию.
— Тупица Аверий… — процедил сквозь зубы граф Челищев и нашел глазами слугу. — Вавила, подготовь карету. Едем на Арену.
После этого он оповестил гостей, что вынужден покинуть их ввиду внезапных дел, требующих личного присутствия. О причине он умолчал, но дал понять, что новости печальные и лучше не вдаваться в подробности.