Я крутанул его в обратную сторону, оно неохотно, но с пониманием выплеснуло Ярость в контур человеческой фигуры. Я превратился в первую форму.
— Георг! — воскликнула Инесса. — Будь осторожен, эта тварь очень силь…
Эта тварь захихикала и кинулась на меня, растопырив руки словно в дружеский объятиях.
— А вот и волколак-кавалер! — раздался блеющий голос, в нем было искреннее ликование. — Пытать любимых на глаза друг друга! Да сегодня просто праздник!
Кажется, до него не дошло.
Мои руки остались с когтями, между пальцев сверкали алые отсветы Ярости.
Я отбил тянущиеся ко мне корявые черные ручищи, схватил существо за горло. Когти вошли в плоть как в масло. Одним прыжком я оказался у камина, увлекая существо за собой.
Оно удивленно вякнуло и попыталось схватить меня — я скрутил ему руку, сломал суставы как гнилую ветку. Существо уже не удивлялось — орало.
Легко подняв его, я впечатал его мордой в мраморное основание камина.
Сразу еще раз.
Еще раз.
Еще раз.
Еще раз.
Я не уставал. С каждым ударом был все сильнее, чувствуя, как его кости сначала трещат, потом ломаются, потом хрустят и чавкают в сплошном месиве. Крови не было, но в какой-то момент из существа все-таки начала сочиться какая-то субстанция — черная, дурно пахнущая, похожая на нефть.
Его рука попыталась царапнуть меня — я с рычанием вырвал ее из сустава.
Существо продолжало трепыхаться. Это меня обрадовало!
Вторую руку я оторвал по частям, ломая каждый сустав.
— Будешь знать, как лапать чужое! — прорычал я. — Мое!
От очередного удара мордой существа мраморная плита под камином треснула. Невероятно, но переломанное и искалеченное существо продолжало цепляться за жизнь!
Ярость хлынула в мои пальцы, заставляя когти удлиниться и загореться алым. Я вонзил их в морду существа, раскрыл ему челюсти…
Бросил взгляд на Инессу, которая стояла рядом. На ней осталось лишь несколько лоскутов платья, но она и не думала прикрываться.
— Не смотри на это, дорогая, сейчас будет неприятная картина, — сказал я.
Мои руки вспыхнули от Ярости, я напрягся и разорвал череп существа надвое. Выплеснулась черная маслянистая субстанция, похожая на деготь. Существо обмякло, словно я наконец раздавил насекомое с крепким панцирем.
Инесса смотрела не отводя взгляда. В ее блестящих глазах подрагивали огненные капли. Она улыбалась.
Я выдохнул и стряхнул с рук остатки существа. Они упали на разбитый мрамор как старые тряпки.
Я подошел к Инессе и обнял ее. Она прижалась ко мне и всхлипнула.
Мои руки все еще подрагивали от драки, после жестких ударов ее изящное тело показалось мне таким нижнем, таким податливым, что я побоялся скомкать его — словно в руках кузнеца после ковки оказалась шелковая ленточка.
Я даже не сразу почувствовал ее нежные губы и дыхание на своем лице. Но в следующую секунду переключился. Ее ласка обрушилась на меня как теплое море, словно я из эпицентра сражения моментально перенесся на безмятежный пляж.
Инесса застонала в поцелуе, обхватила мою голову, вжалась в меня всем телом, растеклась как теплый воск.
Когда мы уже оба задохнулись, она отстранилась, серьезно посмотрела на меня — и разрыдалась. По моей груди ударили кулачки.
— Чего ты так долго? — всхлипнула она. — Ты даже не представляешь, что я собиралась с собой сделать!
Я аккуратно перехватил ее руку, заметив кровотечение.
— Пойдем-ка найдем тебе лечебный эликсир, — сказал я.
— Я не знаю, где он держит запасы…
Я ухмыльнулся и показал на свой нос.
— Этот нос чует всё.
В подтверждение слов я зарылся в ее волосы и шумно вдохнул. Не удержался и зарычал от наслаждения, снова сжал ее в объятиях. Инесса пискнула.
— Я… Мне надо принять ванну. Духи там всякие…
Я клацнул зубами у нее над ухом.
— Ничто не пахнет лучше, чем ты, — сказал я и понял, что если сейчас не отвлечься, то кину ее на диван, и мы слишком долго не вспомним о ранении.
Я повел ее в комнату, где витал тонкий аромат зелий и алкоголя. Магические эликсиры хранились в секретере, отведенном под мини-бар.
Среди бутылок с крепким алкоголем отыскался похожий на пробирку вытянутый флакон с красной жидкостью. Я откупорил, понюхал. В отличие от того эликсира, который когда-то мне дала Инесса, клубникой не пахло.
— Оно? — спросил я.
Инесса вылила содержимое на рану на руке. Жидкость запузырилась, ссадины и глубокий порез затянулись. Он сделала глоточек и протянула мне.
— Нет, я не ранен, — хмыкнул я и достал из бара квадратную бутылку с темно-янтарным содержимым. — Предпочту зелье с другим назначением.