То, что он решил принять участие в моем мероприятии, само по себе было одолжением. Граф Рюмин был персоной покрупнее самого графа Каменского, и присутствие целых двух графов на балу в честь нового барона — это, знаете ли, престижно.
Но именно из-за присутствия графа Рюмина, когда дело дошло до списка приглашенных, Инесса заявила, что Корнилия звать на бал не надо.
Мы с ней были в номере камской гостиницы, мне как раз доставили из ателье подобающий новому титулу камзол с вышитым гербом на лацкане. Эх, надо все-таки раздобыть уже ставший привычным мундир, а то с моим образом жизни такой изящный костюм быстро превратится в лохмотья!
Примерив новый камзол я прошелся по номеру, привыкая к дорогой ткани. Камзол был из темно-серой шерсти, плотной, но тонкой. Я знал такой тип ткани — в ней комфортно почти в любую погоду, даже в жару свежо.
Теперь к балу все было готово. Оставалось разослать последние приглашения, над которыми я еще сомневался. Среди неоднозначных персон был Рюмин-младший, мой бывший ротный маг-куратор.
Я не питал к нему симпатии. Хоть он и помог мне с рекомендацией в Тайную канцелярию, я помнил его пренебрежение, циничные приколы и то, как он пытал волколака, якобы испытывая меня на верность Державе. В то же время бал казался удобной возможностью повидаться.
Я выразил свои мысли вслух.
До бала оставались считанные дни, и только сейчас Инесса опомнилась.
— Нет, Корнилия приглашать ни в коем случае нельзя! — воскликнула она.
— Неожиданно. У тебя ведь с ним прекрасные отношения, ты ездила к нему в лагерь на другой край Державы. Я думал, ты будешь рада увидеть его. Нет?
— Рада, конечно! Корнилий для меня самый близкий друг, он милашка, я люблю его. Как раз поэтому я не хочу звать его на бал. Не хочу сталкивать его с отцом… да и с тобой. Ничего хорошего из этого не выйдет.
— За меня не беспокойся. А что с отцом? Неужели всё настолько плохо?
— Ну ты же знаешь Корнилия. Характер у него…
— Рад, что ты это не отрицаешь. А то всё милашка, милашка.
Инесса подошла ко мне вплотную, поправила камзол на груди.
— Тебя я тоже называю милашкой, — улыбнулась она.
— Следи за языком, женщина. Я страшный грозный волк.
В ответ Инесса показала мне язык, чем я не преминул воспользоваться и поцеловал ее.
— Думаешь, они непременно поцапаются? — спросил я, оторвавшись от ее губ. — Не разойдутся бортами даже в огромном зале, полном гостей?
— Для обоих бал будет испорчен, это точно. А может, не только для них.
Я понял, что присутствие Корнилия как минимум будет тревожить Инессу. Если будет необходимость, с Корнилием я могу встретиться и в любом другом месте, так что рисковать смысла нет.
— Решено, — кивнул я. — Обойдемся без твоего строптивого братца.
— Спасибо! Это будет твой бал. Наш! Самый чудесный бал, хоть и не в столице.
— Так даже лучше. В Вельграде опаснее, чем в Бездне.
— Ну, знаешь ли… — Инесса посмотрела в сторону, явно что-то вспоминая. — У меня не особо приятный опыт общения с местными аристократками.
— Ты о чем?
— Горячие источники, Георг! Когда ты свалился в толпу голых магичек. Я там потом поскандалила слегка… А многие из них точно будут на балу. Вся провинциальная знать.
— Уф. Надеюсь, они меня не помнят.
— Ага, конечно! Они еще своим внукам будут рассказывать… — Она вдруг уперлась руками мне в грудь и отступила на шаг. — Ты-то уж точно ничего не забыл!
Я помотал головой.
— Помню только, как ты гналась за мной на огненном коне. Очень голая… — Я взял ее за выставленные руки, рывком притянул к себе. Ухмыльнулся, глядя ей в глаза. — И догнала ведь!
Охотник Слейтер расположил огневую позицию на гребне покатой лесистой горы.
Отсюда открывался просто идеальный вид на загородную усадьбу, где проходил бал. Бал в честь жертвы, так что она обязательно будет там. Чертовски удобно, лучшего момента и пожелать нельзя.
Смеркалось. Окна усадьбы уже горели теплым светом, высвечивая ее в мутных сумерках.
Вокруг стрекотали кузнечики: если вслушаться, то высверлят мозг. Однако они верные союзники — если вдруг умолкнут, значит, кто-то подкрадывается со спины.
На подходе к позиции Слейтер установил сигнальную растяжку, но привык доверять кузнечикам. Они почти всегда составляли ему компанию в засадах. Их стрекот помогал ему сосредоточиться и действовать безупречно, не совершая ошибок.
Вервольфы — слишком опасная дичь, чтобы иметь роскошь ошибаться. Слейтер занимался охотой на них давно, и именно безупречность позволяла ему выживать. И устранять этих тварей одну за другой.