— Остановка в уезде длится десять минут, так что поторопись.
Показался пыхтящий паром локомотив, заскрипели колеса. Напротив нас остановилась вереница вагонов. Проводники открыли двери, пассажиры разделились на привычные два потока выходящих и входящих.
Нам подниматься в вагон не потребовалось.
Небольсин спрыгнул со ступеньки и прикурил сигарету. Маги Огня все что ли курят?
Теперь я смог лучше его разглядеть. Бородка коротким клинышком, лицо в целом невзрачное, разве что изгиб бровей придает сходство с насекомым — хищным и ядовитым.
Небольсин был в черном бархатном камзоле, поглощающем солнечные лучи, лишь оранжевый шейный платок указывал на принадлежность дому Огня. Такой контраст я видел у трупных жуков.
Поток пассажиров кончился, мы оказались лицом к лицу.
— Давно не виделись, гнида! — сказал я.
Небольсин отпрянул и наткнулся на Свиридова. Тот смотрел молча и укоризненно. Взгляд Небольсина метнулся вправо-влево, и вдруг я увидел снисходительную улыбку.
— А-а-а-а, — протянул Небольсин мягким голосом. — Гурий Аркадьевич собственной персоной и некий служилый дворянинчик с погонами капитана и в загадочных темных очках. Гм, гм, кто бы это мог быть? Уж не волколак ли?
— Письмо, — потребовал я.
Небольсин затянулся сигаретой, прикрыв глаза.
— Не играйся со мной, Касьян, — сказал Свиридов ледяным тоном. — Ты совершил кражу в моем доме. Я в полном праве вызвать тебя на дуэль.
— Волнительное заявление, барон, — пыхнул дымом Небольсин и сложил руки на груди. — Смею предположить, что вы воспользовались порталом, чтобы оказаться здесь, и теперь впустую сотрясаете воздух. А вы, капитан? Здесь не лес, у вас нет шансов. Так что я знать не знаю, о чем вы толкуете, господа. Вы что-то потеряли? Поищите друг у друга в заднице.
Небольсин бросил окурок под ноги и усмехнулся. Свиридов сжал зубы и побледнел.
Я коротко и без замаха врезал в наглую насекомоподобную харю.
Небольсин свалился оглушенный.
Я наклонился, сдернул с него сумку и вытряхнул содержимое на землю. В груде барахла обнаружился знакомый конверт. Защитная огненная печать, которую поставил Рюмин, была сломана, но содержимое конверта сохранилось. Я спрятал рекомендацию в карман.
— Дальше делай с ним что хочешь, — сказал я Свиридову.
Он моргнул и проговорил:
— Ну и методы у тебя, Лютиков.
— Ты видел, я пытался все решить словами. Не решается, — развел я руками.
Вдруг раздалось хихиканье.
Небольсин размазал кровь по лицу и окровавленным пальцем принялся что-то рисовать на бетоне.
— Я заморожу любой твой огонек, Касьян, — сказал Свиридов. Набалдашник его трости покрылся льдом и засветился синим. — Это будет расценено как нападение, и я отдам тебя под суд.
Под бульканье и хихиканье Небольсин закончил кровавый рисунок. Это оказалась пентаграмма, окруженная замысловатыми знаками.
Бетон задымился, кривые линии погрузились в него, как в масло.
— Ты… — задохнулся Свиридов, — ты что натворил, безумец⁈
Небольсин с неожиданной прытью метнулся вперед и оказался по другую сторону пентаграммы. Та провалились вниз, образовалась дыра с расширяющимися краями.
Это была не просто пропасть. Ломался не бетон — сама ткань реальности с треском разошлась в стороны. Я отпрыгнул назад, увлекая за собой остолбеневшего Свиридова. Послышались крики.
Багровое пространство в разломе искажалось и подрагивало, я видел такое совсем недавно — в межпространственном портале. В глубине послышалась возня, рык и клекот, а в следующую секунду полезли твари.
Первым выползло уродливое существо с непропорционально длинными конечностями. Величиной с быка, со множеством многосуставных лап, покрытых будто человеческой кожей. Оно напоминало паука с головой крокодила.
За ним показались твари поменьше, были они всевозможных форм, но каждая выглядела угрожающе и мерзко. Слышался хруст суставов и щелканье жвал. Остро напахнуло кислотой, словно кого-то вырвало.
— Акрам шагол азнаркам! — прокричал Небольсин.
Сам он пятился назад и делал руками магические пассы. Окровавленное лицо исказилось в приступе экзальтации. Зубы блестели в оскале, потемневшие глаза поглощали свет.
— Свиридов, это что за блядота⁈ — воскликнул я.
— Демоны, — прошептал он неверяще. — Это Хаос, темная сторона магии Огня. Небольсин — чернокнижник!
Твари ринулись во все стороны, как тараканы при внезапно включенном свете. Оставшиеся на перроне люди тоже бросились врассыпную. Паучара ломанулся в вагон, тот зашатался. Раздались новые вопли паники. Пассажиры стали выпрыгивать из поезда. Одно окно забрызгало кровью.