Она долго рассказывала про Лю, как он подрос и что начал лепетать. Про то, как шила для Анжи эту накидку, ожидая, изо дня в день, что вот-вот дочь вернется. Анжа грела ладони о миску горячего чая и никак не могла согреть пальцы.
Умываясь перед ужином, девушка задержала взгляд на своем отражении — ее лицо изменилось, обрело остроту черт. А волосы и впрямь будто поседели, такими светлыми они казались.
***
Енгур сидел на возвышении и смотрел на череду хижин вдалеке. Он больше не улыбался, но в его взгляде и лице было умиротворенное спокойствие. Уверенность. Власть.
Дождавшись, когда солнце уйдет за горизонт, он поднял с заснеженной земли обожженную с кончика стрелу и встал.
Его седые волосы и серые шкуры отливали серебряным светом полной луны.
***
Глаз, ещё глаз, везде вижу твои глаза. В три погибели согнута, жду, когда хрустнет кость; Над деревней моей третью ночь, как горит гроза, Небо гремит — но никак не начнется дождь.
Зов мой услышь наконец, я тебя прошу, Отведи от семьи моей смерти угрюмый мрак. Я тебе обещаю, что с щедростью отплачу, Дай поскорее мне новый, понятный знак.
Тени растут, за спиню клубится дым, У м о л я ю т е б я, помоги мне в последний раз! Волчьи шкуры на стенах поймали отсвет луны, Тьмой окруженный, за мной наблюдает глаз,
Глаз, еще глаз, да четыре, пятнадцать, сто!.. В золотом снопе искр исчезает, сгорая, взгляд. В тишине мне потухшее пламя шепнуло то, Что решил ты — живою нужна тебе только я.
Путеводная