- Скажи, а как походит первое обращение? – спросила она Волкову.
- Ой, ты об этом волнуешься? – удивилась Катя, севшая на кровать. – Да не беспокойся. Главное научиться, как туда и обратно перекидываться, а дальше, как по маслу пойдёт.
- А это больно… в первый раз?
- Да, - на голубом глазу кивнула подруга. – Каждый раз. Просто тут от части же магия заложена. Меняется строение тела, что-то растёт, что-то уходит. Но больно не больше минуты. А там хоп!- и ты уже вся такая серая бежишь среди лесов или полей.
- А у тебя как это прошло?
- Я не помню, если честно, - задумалась Катя. – Волколаки умеют оборачиваться с рождения. Раз в месяц – в полнолуние – это происходит помимо нашей воли. А оборачиваться нас учат по собственному разумению года…да так же. Это ведь как ходить. Хочешь, я тебе покажу, как я оборачиваюсь?
- Лучше не сегодня, - успела остановить её Виктория, и ободряюще улыбнулась. – Мне на сегодня впечатлений хватит.
- Ты должно быть очень красивая волчица. Через два дня окрестным мужикам будет не легко! Помяни моё слово.
- Скажи, а почему все так боятся Синодских дьяков? – задала девушка вопрос, мучавший её целый день.
Катя заметно вздрогнула и побледнела.
- Тогда сначала ты: тебе что-нибудь говорит само слово «синод»?
- Это же вроде как высший орган церковной власти у нас, - припомнила Виктория.
- Вот именно. А мы – нечисть. Нелюди. Люди с особенностями. Ещё государь Пётр Великий, чей отец основал города, подобные нашему, учредил особую приказную палату, которая бы надзирала за оборотнями, ведьмами, кикиморами и прочими. Во главе её тогда стоял сам Яков Брюс. Потом эта палата стала частью Священного Правительствующего Синода. Он имеет полную власть над нами. Но, как правило, не вмешиваются в жизнь городов. У нас очень большое самоуправление. Но законы про Иных издаёт только Синод. А Дьяки, о которых ты слышала – это его сыск, суд и плаха.
- А я тут при чём?
- Ты новообращённая. На старом языке это звучало как «заложная». Кому бы то ни было запрещено создавать заложных волколаков, ведьм, покойников и прочее. Прости, но тут уж, как говорится – «размножайтесь естественным путём». Тебе ничего не будет. Ведь ты не виновата. Просто …
- Проблема в том, получается, что кто-то меня обратил помимо моей воли и таким образом создал проблему в виде взрослого, но совершенно не контролирующего себя волка, - догадалась Виктория.
- Да, - удручённо кивнула Катя. – А все так Дьяков не хотят видеть только от того, что никому не нравится видеть начальство, которое будет искать промашки в твоей работе. Ведь всё перероют. Надуюсь, что Павел Владимирович по своим связям сможет уладить всё это. Ну да ладно, время позднее. А я тебя за сегодня утомила. Спокойной ночи, Вика.
- Доброй ночи, - ответила ей девушка, но сама так и осталась сидеть в кресле.
От пробежавшего из окна ветра потухли свечи, погрузив комнату во тьму, а спасённой из воды отчего-то вспомнилась песенка про Королевну, которая могла превращаться в птицу, и которую звал с собой в полёт сокол.
Глава 5. Полнолуние
Задний двор Волковского поместья наливался светом. Слуги запаливали костры, зажигали факелы, раздували фонари. Вся лужайка между домом и лесом превращалось в огненное море, наполненное движением и голосами. Оно было живое и пугающее.
Анна Петровна отдавала последние приказания тем, кто оставался. Елизавета уже стояла под кроной старой яблони, вглядываясь в дорогу. Она словно ожидала кого-то увидеть, но была выше того, чтобы это показать. Катя сидела на ступеньках лестницы: совершенно спокойная и даже радостная, будто все собирались на летний бал. Виктория обнимала себя за плечи и была ни жива, ни мертва. Волнение, перемешанное со страхом, не давали и шага сделать в сторону даже сада, уж не говоря о лесе.
- Ну, всё! – громко выдохнула помещица. – Катя, Вика, не томитесь. Пойдёмте, а то Луна скоро войдёт в высоту.
- Да не пужайся, девка, - подтолкнул гостью в спину домовой. – Всё впервые бывает. У страха глаза велики.
Шаг за шагом Виктория приближалась к тёмной, шуршащей неизвестности. В прошлые ночи лес не казался таким необъятным и всемогущим. Словно все деревья в миг ожили, все кустарники очнулись ото сна и даже камни решили сняться со своих мест.
- Я совершенно уверенна, - щебетала Екатерина, не то ведущая, не то волочащая подругу под руку. – Тебе понравится. Полнолуние – это особенная ночь. Самая волшебная в месяце. А иногда ещё бывает так, что луна с иными планетами сходится и Господь ещё больше чудес миру кажет.