Эти странные существа тенями скользили по всему залу, ни с кем не разговаривая. Лакеи разносили напитки в высоких бокалах, от которых большинство отказывалось. Некоторые нерешительно брали, косясь на соседей, но те не обращали никакого внимания.
Тем временем девушка, что была на приёме, вышла из-за занавеса и, как фарфоровая кукла, остановилась в окружении подруг. Варя заметила пустые глаза ушедшего в себя человека, краснеющие от невыплаканных слёз.
- Что? Что? – зашептали вокруг. – Что сказали?
Но блондинка, не приходя в сознание, кивнула и её оттеснили другие. Внутрь шмыгнула следующая, уже брюнетка, с пучком кос на макушке и изыскано завитыми кудрями от висков. Варя пошла дальше, сливаясь с обстановкой, благодаря платью, и стремясь найти Марту или Катю. Но ни черно-белого клетчатого наряда Хланг, ни рассветного убора Волковой не замечала. Лишь на противоположном краю она увидела величественное платье Елизаветы Дмитриевны насыщенного горчичного цвета.
Обойдя половину зала волколачка смогла хоть немного представить его устройство. Под сводами шатра, который стоял без каких-либо опор, а устремляющийся ввысь купол плавно сливался с октябрьским далёким небом, оказалось гораздо больше места, чем думалось, находясь снаружи. Приглашённые предпочитали находиться внутри. Но были и те, кто то входил, то выходил на улицу.
Свет и был, и его не было. Причиной тому являлись светильники, которые горели голубоватым огнём, создавая основную атмосферу. Обычные же свечи стояли исключительно на столах с угощением.
- Наверное вороны опасаются пожара, - решила Варвара, отдельно удивившись, что никто не притрагивается к еде.
Шатёр же не зря показался девушке ещё на подъезде очень похожим на скомороший. Внутри, как оказалось, тоже. В центре, под куполом, была большая круглая площадка. Вокруг неё - кольцо, к которому уже и присоединены маленькие комнатки, где гадали.
Однако, Варя не могла отделаться от ощущения неправильности всего происходящего. Она словно попала в другое тайное общество, со своими правилами и традициями, казавшимися ей странными. Не было хозяев бала или распорядителя. Танцевать тоже никто не стремился. Да и самой музыки не было, как не наблюдалось и оркестра.
Пройдя чуть дальше, девушка встала у самого края танцевальной площадки, между очередным молодым Таратуем и странной женщиной в многослойной белой одежде с крупными серебряными перстными на длинных и угловатых пальцах, множеством узорчатых браслетов на руках поверх рукавов, красных и синих бус на шее и замысловатой причёской.
- Всё скоро начнётся, - только для них двоих заметила женщина.
- Вы уже бывали здесь?
- Здесь я всего тот час, - усмехнулась, как предположила Варвара, колдунья или ведунья. – Если же ты о Вороньем, как называют его местные, бале – то, да, бывала и раньше.
- И всегда так всё завязывается? – окинув взглядом собравшихся, решилась задать интересовавший вопрос девушка.
- О, да, - закивала собеседница. – Вороны неспешны. Степенны. События нельзя торопить. Всё должно ложиться под крыло плавно, как ветер. Иначе всё пойдёт в эту ночь не по предназначенному. И некоторые судьбы могут не сложиться.
- Я что-то слышала об этом, - припомнила Варвара. – Мне говорили, что Вороны просто так никого не приглашают. Они знают наперёд и устраивают так, чтобы те слова, что должны быть сказаны – били услышаны. Или нужные друг другу люди встретились. И всякое такое прочее.
- Вороны настолько мудры, насколько и шаловливы. Порой даже и подстраивать ничего не надо. Всё свершиться и без волшебного толчка. А им, - колдунья мотнула головой, указывая куда-то наверх, - всегда интересно посмотреть, послушать, а после и по всему свету разнести.
В центре зала ярко вспыхнул свет, из голубого ставший переливающимся красным. На танцевальной площадке стояли несколько Ворон: все, как одна, в длинных многослойных чёрных платьях, на руках играли светом и чуть позванивали золотые узорчатые браслеты, а на пальцах перстни. Варвара всматривалась в их лица, но то ли блики огня искажали их до единообразия, то ли в людском облике птицы не имели особых отличий.