- А зачем им надо было убивать себе подобных? – спросила она, дослушав наречённого. – Я ведь правильно поняла, что в своеобразную жертву принесли по представителю от каждого вида Иных – волколак, ведьма… Кто ещё?
- Борис из волхвов, что ещё со времён Владимира по лесам скрывались, Григорий из княжьей дружины – ведьмак, а Лоб черчьячьего племени, - ответил Синодский.
- На сколько хватает моих знаний и понимания, - Павел снова встал и прошёлся по комнате, вернулся на место и продолжил, - могу предположить, что таким образом создалась «подушка», смягчившая столкновение двух противоположностей. Вступления в резонанс не произошло и обе смогли спокойно прижиться на Руси, вливаясь в изначальный магический слой.
- Именно. Водяные не передохли, и фейри с албстами не заплохело. Многие сотни вёрст от Смоленска стали плавильным котлом. Этот, с позволения сказать, купол накрыл практически всю нынешнюю западную часть нашей империи.
- Этот «купол» держится на этих пятерых Иных? – словно на следствии спросил нахмурившийся Палий.
- На тех предметах, что есть у них, - одобрительно кивнул Иероним. – Суть живого передали более долговечному неживому.
- А что будет, если этот купол убрать?
- Не знаю. И Там никто не знает. Может случиться, что ничего. По прошествии стольких лет всё уже могло въестся в почву. Но мыслишь политически правильно. Никто проверять не хочет. А если нет? Если эти противоречия развяжут кровавую бойню. Да и признаться, мы никогда не изучали свойства КаБоГрАлЛо. Даже Шлиман прошёл мимо.
- Не трогай пока работает, - усмехнулся Палий догадливо.
- Именно. Некоторые упоминали в работах, что возможно купол ослабляет совсем уж инородную тьму. Как те же Вымортни. Вспомни, ведь чем дальше от границы Империи, тем они злее и приставучее.
- Если у местных борцунов получится убрать защиту, то есть вероятность, что начнутся беспорядки. Так?
- Если честно, то это вряд ли у них когда-либо выйдет, - спокойно покачал головой дьяк. – И за это надо сказать слова благодарности тому, кто придумал в долю взять чертей.
Палий раскинул мыслями и искренне рассмеялся.
- Почему? – протянула, непонимающе, Варя, которой было крайне интересно слушать все эти тайны, легенды и рассуждения, хоть и мало понимая многие существенные мелочи.
- У Вас ведь во время эпидемии чертовка, кажется, умерла в больнице? – уточнил у неё Павел Владимирович, а дождавшись кивка заметил. – Черти это даже не люди и не мы. Они не имеют душа, а лишь частицу Вечного пламени, что разделяет Рай и Ад. Умирая, это пламя сжигает на третий день тело, превращая его в горстку пепла. У чертей нет могил. Они возвращаются туда, от куда пришли. Поэтому так любят и цепляются за эту жизнь и этот мир.
- То есть? – всё ещё не понимала волколачка.
- Предмет-хранитель привязан к телу. Но если тело стало пеплом, а предмет рассыпался, как я догадываюсь, тоже, то и присвоить эту урну с прахом нельзя, как и предпринять хоть что-то иное. Пепел же забирает на себя функции сгоревшего тела и артефакта. Где он, кстати, остался?
- Везде, - равнодушно пожал плечами Иероним. – Пепел развеяли над Смоленской землёй.
- Браво! – Палий не постеснялся похлопать незнакомым ему далёким предкам.
- Но тогда тем более…, - в голове у Варвары всё окончательно перепуталось.
- Я же сказал, - перебил её дьяк. – Каждый предмет сам со себе Сила. Артефакт, как Грааль, Святые мощи, кольца Небилунговы или зеркало этого, гори он в Аду, французишки.
- Всё не отпускает? – сочувственно спросил волк.
- Как видишь, - ответил Иероним и вернулся к начальной теме. – Я предполагаю, что Эжбет известно о невозможности снятия купола и это не является их целью. Считаю, что они хотят добыть именно артефакты.
- Вы упомянули, что один уже удалось заполучить, - припоминала девушка. – А какой именно?
- Огневеки в Свято-Владимирском монастыре, - припомнил Павел Владимирович, устало потерев глаза.
- Именно. Во время пожара был вскрыт саркофаг Григория и выкраден его нож. Остальные предметы были осмотрены. Силы в них нет.