Начисть расстроенно глянул в огонь, на Варвару и оставил их, привалившись к тёплому кирпичу кочергой.
- Я не буду настаивать, если Вы не захотите делиться этим, -продолжила волколачка, подходя к будущему мужу ближе, - но…если …
Карие глаза глянули долго и болезненно. Он никогда в своей жизни не видел океан, но ему думалось, что он должен выглядеть так, как глаза его внезапной невесты: бескрайние, глубокие, утягивающие на дно, где могут бродить неведомые чудовища. И он улыбнулся уголками рта, не вспомнив другие такие же.
- Ты всё твердишь, что я не старик, - мягко, как ребёнку, начал рассказывать он, - но ты родилась в декабре, в день памяти святой Варвары, в двадцать первом году. А я поступил на службу за год до того. Два года в корпусе, а потом Особый полк. Тебе было лишь два года от роду, а на моих руках появилась первая кровь.
- Хотите запугать?
- Нет, просто объясняю, что между нами, даже не будь у тебя потери памяти, пропасть подхода к миру. Ты милосердная, а у меня три кита, на которых держится рассудок: дисциплина, гордость и служба.
- Все люди не без недостатков. У Вас три кита, а я просто мёд для неприятностей.
- Это скоро закончится. Ты просто нарвалась не по своей воле на урода. Который твой бывший муж. Юности это позволено. Что же касается Неё, я сам виноват в той истории. Меня же называют «Позненским палачом», слышала?
- Да, Дмитрий упоминал, что это связано с Вашей …
- Невестой, - закончил за неё Павел Владимирович. – Это был её портрет. Она мне его сама подарила за день до того, как я убил всю её семью, возлюбленного и её саму. С того для прошло уже восемнадцать лет. Не было ни дня, чтобы я не думал, а можно ли было что-то изменить. И сейчас слышу её последний смех.
- Она Вам изменила? – предположила Варя, ухвативший за упоминание о другом мужчине.
- Нет, - помотал головой Палий. – Наш отряд направили в Познань. Особый гвардейский полк Священного Правительствующего Синода тогда зачищал Европу от нежити, вылезшей после всех войн с Наполеоном. Мы квартировали в городе, а её родители владели замком рядом. Я состояла в адъютантах при командире полка, а тот отряд был первым, который мне доверили вести самостоятельно. Отдали под командование. И однажды нас – четырёх старших офицеров – пригласили на торжество к Пану Феликсу Узерскому. Он был довольно посредственным магом. Такое бывает, к сожалению: старые рода вырождаются. Их сила слабеет, щенков рождается всё меньше. Узерские жили прошлым величием при внушительном состоянии. Там-то я и увидел впервые Её. Их дочь. Первая красавице, наверное, не только Губернии, но и Всей Польши. Матильда.
- Вы её любили? – именно спросила Варвара.
- Не знаю, - последовал неожиданный и искренний ответ.
- Как это?
- Матильда была миражом, игрой света. Она проникала во все сердца, что встречала. Как в прочем и все суккубы, - пояснил Палий, наблюдая за волчицей, а девушка повела головой, как бы говоря: «Ну, конечно. Тогда всё ясно». – Только вот узнал я о её способностях поздно. Думал, дурак, что вскружён, как и все остальные. И тот раздор, что она сеяла, выглядел понятным. Дуэли из-за прекрасной дамы сердца – чего уж тут удивительного? На одном из балов, мы танцевали дважды и … она согласилась стать моей женой. В результате, я – балбес – как в бреду или в опьянении исполняю свои обязанности. В отряде вражда. А у нас задача поставлена: найти того, кто создаёт нежить в городе. В тот день, когда она подарила мне портрет свой, Матильда напела, что слышала о «выжженном месте в лесу». Мы туда и поехали всем отрядом.
Мужчина замолчал, закусив губы и прикрыв глаза. В памяти снова всплыли те давние события: лес, тропа, засевшие в узком месте умертвия, разорвавшие, ехавшего первым, дозорного и его коня.
- Вы попали в засаду, - догадалась Варя.
- Угу. Сорок человек. Пятнадцать тогда потеряли – волки, колдуны. Все сильные. Просто так в Полк не брали. И это большие потери для нас были. А ранеными мы унесли ещё больше. На ногах всего десятеро стояло. Гулей мы всех перебили. Только вот над замком Узерских тучи клубятся. Мы с адъютантом туда. Хотели проверить, всё ли нормально. А всё пространство вокруг дома трупами завалено: люди, нелюди. Короче, пан Узерский силу предков хотел вернуть, как и доченька его. Они с матерью, в добавок, ещё и вечную молодость с красотой поиметь решили.