- Это они устроили все это побоище?
- Не на прямую. Главным героем там был двоюродный брат Матильды – её настоящий жених, её любовник. Силы никакой, кроме инкубовой. Вот и стал он Чернокнижником. И начал из мёртвых Иных силу по крупицам собирать, а из простых смертных себе слуг делать. А Матильда ему в том помогала с отцом и маменькой. Тогда-то я основные шрамы и получил. Недомаг тот уже сам стал облик человеческий терять. Вон, - волколак отодвинул край рубахи, откуда глядели три длинных грубых шрама, как напоминание о когтях, не доставших до сердца, - он полоснул. До костей достал гад тогда.
- Рука пробитая…, - начала было девушка, прикрыв от ужаса рот ладонью: она в красках представила себе описываемые события.
- Саблей моей же, - рассказал он. – Прибил, как курёнка, к стене. Если бы не Сергей, адъютант (с которым мы приехали туда), убил бы он меня. К концу той встречи мы отправили в ад и Чернокнижника, и супругов Узерских, их слуг, что поддерживали эту резню. Матильду я… своими руками … Она на крышу забралась. Решила, что успеет провернуть ритуал и отомстит за «всё, что я у неё отнял». Но не успела. В добавок подожгла замок.
- Значит всё было правильно, - рассудила Варвара, и тут её озарило: «Ты поэтому предвзято относишься ко всем Чернокнижникам и к Оресту в частности?».
Он кивнул.
- Тут никакой предвзятости нет. Чернокнижник изначально не добр. Нормален ли тот, кто смог освежевать ещё живого человека, а потом из его кожи создать эту бесовскую книгу? Я считаю, что нет.
- Он просто её любит, - вздохнула волкоалчка.
- Кто? – не поняв, удивился Павел Владимирович.
- Орест Марту. Она как-то упомянула, что он это всё сделал, чтобы её спасти. Подробности не знаю.
- Ради любви всегда совершаются самые большие преступления. Но это их не оправдывает. Даже ради любви продавать душу Сатане нельзя, - уверенно заявил волк, а новообращённой стало предельно ясно, что ей не в коем случае не хочется проверять, какой выбор сделал бы её жених, окажись они в подобных же условиях.
- Я всё равно считаю, что Вы всё сделали правильно, - определилась она наконец, и снова взяла мужчину за руку.
Он снова внимательно посмотрел ей в глаза, на губы, и, ударив по столу свободной рукой, вышел вон из комнаты, оставив девушку в недоумении.
- Совсем забыл, - крикнул он из коридора, и, покопавшись там минуты две, вернулся, держа в руках заколку с бирюзой.
- Ой, - только и сказала Варвара, дотронувшись до волос, где она была ещё несколько часов назад.
[1] Пётр Сергеевич Мещерский, 1817 – 1833г. Обер-прокурок Святейшего Синода.
[2] 1215 год – создана Инквизиция папой Иннокентием 3
Глава 20. Круглов.
За окном непрерывно шёл дождь.
Он начался на следующий же день, после Вороньего бала и не прекращался на тот момент уже третьи сутки, только набирая обороты и масштаб. Казалось, что ночь была светлее чем день из-за проскальзывавших среди комковатых облаков молний.
Мало кто из горожан отваживался высунуть нос хотя бы из окна. Под крыши домов забились чудо-птицы. Редкие извозчики резали потоки уличных рек по желанию пассажиров. Поэтому появление в Никольском храме шестерых лиц могли заметить разве что русалки, игравшие у берегов.
Они вышли из переулков и стремительно преодолели площадь перед храмом. Двое замерли на паперти, а четверо не крестясь забрались внутрь. Оставшиеся переглянулись, надвинули плащи пониже на лицо и направились в разные стороны по подворью.
Могло показаться, что неизвестные просто прогуливаются в штормовую погоду. Но вот один вскочил на крыльцо дома настоятеля и прижался ухом к двери. Улыбнулся, обнажив клык справа. Короткие, словно обрубки, пальцы, с кривыми ногтями завозились возле замка, окутывая его розовым туманом, который впитывался в дерево, как вода в полотенце.
Клыкастый снова прислушался, и, удовлетворившись результатом, перешёл к оконным рамам. Он сторонился чуть мутноватых стёкол, но дело своё делал. Не прошло и четверти часа как пришлый, пригибаясь, как заяц, стремительным шагом направился прочь, на встречу своему товарищу, что замер в тени храма и, при приближении первого, перекатываясь с пятки на мысок заторопился к массивным дверям входа.