- Ты, я полагаю – та самая, о ком весь город говорит и кого Волковы спрятал от общественности. Торг весь гудит ведь. Варя ведь. Я - Марта.
[1] Моранов Аркадий Михайлович. Дьяк Священного правительствующего Синода. Автор книг по природе Иных.
[2] Тильбюри́ — лёгкая открытая двухколёсная карета, с крышей или без.
Глава 9. Гости и хозяева.
Поместье Волковых вновь горело всеми возможными огнями. В чуть тлеющих летних сумерках даже в парке зажгли фонари. Варвару очень удивило, что обычно экономная Анна Петровна разрешила не тушить свет во всех комнатах первого и второго этажа, от чего каждое окно словно бы полыхало огнём: так свечи играли с колыхавшимися на сквозняке занавесками.
У хозяйственных построек тоже был ажиотаж. Кухарский дом напоминал своего величавого брата. То и дело в нём распахивались двери, выбегали и вбегали туда-сюда слуги, тащили не то подносы, не то корзины.
Извозчик подвёз пассажиров к главному крыльцу, где немного нервно ожидал их домовой, то и дело прислушивавшийся к происходящему в доме. Он то и дело вздрагивал, словно от громкого, внезапного хлопка.
- Афанасий Никитич, что стряслось? – спросила Варвара, опираясь на руку Павла Владимировича.
Хозяин тяжело вдохнул и долго посмотрел в след отпущенному волколаком извозчику, а потом глухо сказал: «Зря вернул да зря отпустил. Эх. Дело пустое. Не нравится мне это».
- Да что случилось-то? – попробовал раскрутить его уже сам полицмейстер. – Суматоха такая, словно сам Государь Император к нам пожаловал.
- Если бы, - снова понурил голову Афанасий Никитич. – Барин молодой прибыл. С друзьями пожаловал. Анна Петровна приказала гостевой дом засобирать да ужин изготовить.
- И что тут плохого? – не понял Палий, но в ответ получил только странное покачивание бороды, поскольку ответить хранитель не успел.
Парадная дверь распахнулась как от лихого пинка ноги. В лучах лампы встала мужская фигура.
- О друзья мои! О мои недруги! А я думаю: ты – не ты? Запах чую. Да он с примесями. А тут такая картина.
Варвара впервые видела искреннюю дружелюбную улыбку на лице начальника полиции. Вышедшему он радовался как старому другу.
- Здравствуй, Дмитрий Дмитриевич, - мужчина протянул тому руку.
Незнакомый девушке мужчина, который как никому не трудно догадаться, являлся единственным сыном помещицы, руку принял. С минуту оба смотрели в глаз товарищу, а потом, рассмеявшись, заключили друг друга в крепкие объятья.
- Все ожидали тебя только в следующем месяце? От чего так рано? – поинтересовался Павле Владимирович.
- Там у штабных что-то поменялось. Да и мы дело справили быстро. Я тебе потом обстоятельно всё расскажу. Тебе понравится. А теперь представь меня своей спутнице. А то как-то не по-людски. А в прочем… это всё такие условности. Позвольте рекомендоваться – Волков, Дмитрий Дмитриевич. Капитан Полка Священного Правительствующего Синода.
Мужчина чуть поклонился, улыбаясь по все усы.
Девушка бросила взгляд на Палия, получила у него кивок и немного снисходительное закатывание глаз, которое подразумевало: «Все военные офицеры такие – привыкайте».
- Варвара Александровна Рыкова, - представилась она, но в реверанс не кинулась. – Очень приятно познакомится. Анна Петровна и Ваши сёстры много рассказывали о Вас.
- Поверьте мне тоже. Отчасти Вы тоже являетесь причиной моего столь скорого появления. Уж больно любопытно было встретить Вас. Но пройдёмте в дом. А ты, мой друг, даже не вздумай улизнуть. Матушка велела вас двоих перехватить и вести ужинать.
Волчица с интересом рассматривала этого человека. В комнате это было сделать гораздо легче. Домовой, уже ожидавший их в прихожей, принял нехитрую верхнюю одежу и мелкие вещи у полицмейстера, и исчез, словно его и не было.
У Дмитрия Дмитриевича была прекрасная способность не оставлять никого без внимания. Он умудрялся одновременно общаться и с Павлом Владимировичем, и с ней, не обделяя никого. Однако Варвара корила себя за то, что подсознательно сравнивает двух друзей. И сравнение то было не в пользу полицмейстера.
Дмитрий Дмитриевич был, однако, возрастом, скорее ближе к нему: около тридцати, но никак не младше двадцати восьми. Волков был статным – высоким, широкоплечим, мощным. Девушка припомнила один из портретов, высившись в доме, для себя поняла, что сын пошёл в отца, как и Лиза. Они оба имели вороные волосы, только вот в мужчины они курчавились. Глаза у брата с младшей сестрой были одного цвета и даже такими же холодными. Только всё равно для Варвары они разнились: уж больно у Елизаветы они обжигали льдом, а вот у Дмитрия скорее говорили о долгой службе и внутренней выдержке.