Данный факт очень сильно радовал Сан Саныча. Пятидесятилетний волхв с годами начал уставать быть затычкой во всех врачебных бочках. По образованию-то Петербуржскому он был простым хирургом, но пришлось вспомнить то, чему его учил его дед, чтобы смочь лечить и зубы, и ноги, и кожу, да и бабам советовать в какую фазу луны беременеть. Первые лет десять мужчина держался на энтузиазме, а после на чувстве долга и патриотизма.
Неоперившегося, пучеглазого и немного нервного выпускника медицинской академии, прибывшего на работу в его больницу за пять лет до данной истории, господин Унтов встретил с распростёртыми объятьями: «Родненький, где ж ты раньше-то был?!». И взял того в оборот.
Парень оказался толковым, да к тому же был из бесовой породы. От больницы он отвадил половину симулянтов и жаждущих поговорить старух, на версту уличая их в симуляции. А набравшись опыта, Сан Саныч – меньшой – врачи были тёсками – стал сам и оперировать, и принимать больных, и порой даже выезжал в дальние усадьбы, оставив старшему товарищу более спокойную работу.
- Так, а что стало после того, как приняли настойку? – продолжил опрос Унтов, переворачивая исписанный лист своего блокнота.
- А так потемнело всё в глазах, а потом круги пошли, а потом в ухи отдало, - махала в разные стороны руками рыжая ведьма. – А Сан Саныч, скажите, а чего так?
- Потому что принимать надобно по три капли на стакан воды, а не по три ложки на квас, - отложив перо в сторону, спокойно и вкрадчиво ответил доктор. – Волховская настойка, да на продукцию вашей соседки. Не впервой же такое случается. Александр Александрович, рассказывал, что не далее чем неделю назад зрение возвращал Вам. Чего добиваемся?
- Его, - честно ответила женщина.
Сан Саныч придирчиво осмотрел полную тётку тридцати шести лет, с проплешинами в зубах и волосах, припомнил всех её детей. И понял, что молодого больше к ней не пошлёт. Рыжая Аглая была известна своей страстью к бесам, поэтому многие уже обходили её стороной, а некоторые, завидев на улице, вспоминали – бес он ведь из омута, а омут есть вода – и сигали в ближайший водоём.
- А где он сейчас? – как бы невзначай спросила она, оглядываясь на служебную дверь.
- «Утопленницу» из небытия выводит, - автоматически ответил старик, выписывая новые рекомендации.
- Фу, - поморщилась ведьма. – Волколачка. Бедная она, конечно. Но они же только со своими водятся. Даже ведьмаки и мы им не пары, а уж чертенятам там и делать нечего. Как она, кстати? Весь город судачит только об Этой. Таратуи с Югоровыми уже на ушах стоят. Градоначальника нашего, почтеннейшего Фёдора Никитича, осадили. Да и супруга его вся в беспокойстве. Они ж все – волки. Да вы знаете. А как до вдовы Дмитрия Константиновича дойдёт. Она ж баба крутая! Сами знаете - что учинить может. Храни нас всех от неё Господь. Защити и прости души наши окаянные.
Пока женщина лепетала мужчина успел дописать, вписать и поставить печати. То, что, если они с «приспешником» своим не вытащат девчонку, их двоих волколаки разберут на суповые наборы - он сам прекрасно знал.
Алексеевски ведь все изначально были так устроены: город был завязан на семь Первых семей. Вот, например в том, что стоял на Волхве был более или менее паритет: три семьи оборотней, три – магов и один вечный вампир с супругой.
В Краснореченске же подобным равенством и не пахло. Купцы, знавшие эти места, так и говорили: «Это волчьи леса». Ведь шесть из семи родов являлись волколаками.
А это ребята особой породы. Так что сразу и не объяснишь. Люди «почв», так сказать. Старины, традиций держащиеся крепко. Они и семьи имели большие, крепкие. С одной стороны, для города, где бал правили оборотни – одна выгода. Хозяйственники - что надо: любому на зависть. Лучше могли быть только домовые. Но как только, что-то случалось с их собратом, каждый воспринимал сие, как личную трагедию.
Поэтому для волколаков Алексеевска-на-Красной речке известие, что к берегу прибило еле живую молодую, сильную, красивую волчицу, стало ударом в самое сердце.
Всего за сутки Сан Санычу легло ровно шесть писем с требованием сообщить, если для лечения понадобиться хоть что-то даже самое, по мнению докторов, незначительное.
- Так вот, Аглая Петровна, - вернул внимание женщины к ней самой волхв. – Я вам отменяю прежнюю настойку. Рекомендации мои по воздержанию Вы всё равно не соблюдаете. Будите принимать Полынь концентрированную. Рецепт вот. Зайдёте к провизорам. Вопросы?