- Его не так просто спугнуть, уж поверь мне. А уж если Павел что-то решил, то наплюёт на всё и своего добьётся. Но работа его рано или поздно сгубит. Он с ней живёт. Так что не обращайте внимания. Скоро поймёте, что наш полицмейстер – душка, только дорогу ему не надо переходить в самых принципиальных вещах, - рассмеялся Дмитрий Дмитриевич.
- Женщина, – понимающе протянул «татарин».
- О нет! Только не они, - и заметив взгляд с намёков друга, добавил. – И о другом не думай. Павел Владимирович подобен воеводе Борису Адашеву[1] – жизнь положил на свою службу, а о личной жизни и забыл.
- Жаль, такие пароду хоронят.
Анна Петровна не изменяла своим устоям. По прибытию гостей она не стала готовить всякие разносолы парижских ресторанов. Все блюда - по -помещичьи даровитые, увесистые и красивые. Конечно же, они никогда бы не смотрелись столь же прекрасно в императорском фарфоре в Зимнем дворце. В Волковском доме они, как винтик механизма, встраивались в душу провинциальной усадьбы, шумевший за окном ночной лес и мягкий свет свечей в люстрах.
За столом разговаривали. Точнее – мужчины бахвалились. Подвиги на военном поприще разрастались и даже самое маленькое происшествие становилось пленением Наполеона или отражением налёта янычар. В лице женщин всегда легко найти слушательниц. Анна Петровна случала без сына и с каждым днём всё больше тосковала по мужу. Она часто перечитывала бережно хранимые письма и одного, и другого, и печалилась от того, что «Димочка» стал писать всё реже. Екатерина была ещё мала, когда старший брат ушёл в полк. Для неё – он богатырь из старых няниных сказок и каждому слову его положено верить. Даже Елизавета, сросшаяся с нарядом из железа, не без интереса внимала словам Дмитрия, Аркадия и Петра. За столом безмолвствовали только сидевшие в разных концах стола Варвара и Леонид. И на это вскоре обратили внимание.
- Варвара Александровна, мне начинает казаться, что наши разговоры Вам совсем не интересны, - заметил Волков, с интересом и улыбкой глядя на девушку.
Она вздрогнула словно от оцепенения и покачала головой: «Отнюдь. Я не совру, если скажу, что, пожалуй, я здесь самая внимательная слушательница. И впитываю каждое новое слово».
- Прошу прощение на том. Просто Вы – в отличие от моих любимых сестричек – совсем ничего не спрашиваете. Поэтому я и немного заволновался.
- Если я начну задавать вопросы, то вам придётся объяснять мне самые элементарные вещи, которые остальным пояснений не требуют.
- Например? – спросил Дементьев.
- Например, кто такие «Шапет»? Почему в полку так мало ведьмаков? – выдала только несколько Варвара, но с каждым новым удивление на лицах офицеров действительно только увеличивалось.
- Не Шапет, - поправил её Аркадий. – А Шаапет. Это дух-змей, населяющий Кавказ. Особенно южный – район Эривани. По поводу ведьмаков – они не очень охотно идут на военную службу. Предпочитают гражданскую. Постепенно их количество увеличивается, но очень вяло. С горными травами – так вообще! Каждый ребёнок знает.
- Она у нас сейчас и есть большой ребёнок! – сверкнула глазами Елизавета.
Мать и сестра посмотрели на неё с упрёков, а мужчины с непониманием и желанием разобраться.
- Елизавета Дмитриевна – права, - согласилась волчица. – от ребёнка я сейчас по знаниям и способностям не сильно отличаюсь.
- Матушка, Вы не поясните? – воззвал Дмитрий Дмитриевич, но та и ухом не повела.
- Кстати, что Орест сказал? – спросила она прямо у подопечной.
- Чернокнижник? – уточнил Волков, но женщина только отмахнулась.
- Мне повезло, как утопленнику, - попыталась сгладить острые угла – чтобы не тревожить женщину – Варвара. – Тот, кто обратил – или как это правильно называется – хотел заблокировать часть памяти. Потом я упала в реку, и вода решила помочь, а там уже и мой собственный организм довершил дело.
- Вы хотите сказать, что совсем недавно стали волколаком? – первым озвучил догадку Лертонов, выглядевший до этого совершенно отстранённо.
Теперь же он смотрел словно учёный, анатом в классе.
- Именно, и практически ничего не помню. Вспоминаю постепенно – фрагментами. А в мире волколаков, ведьм, домовых и шаапетов -я совсем ничего не понимаю пока. Так что не обижайтесь на меня.
- Будем иметь ввиду, - заверил всех Бакушев, и попытался вернуть разговор прежнее русло. – Тогда, пожалуй, Вам будет занимательно послушать об одной дамочке из дальнего села, которая для одной нашей дивизии «службу сослужила». Источник она им показала, где воды набрать можно. Дальше всё вроде хорошо – трое суток наши стоят там, пьют, готовят, коней поят всё из того источника. Полковой лекарь только заметил, как мы потом выяснили, что местные другим колодцем пользуются. Так вот, неделю спустя полк ждут для занятия очередного района – а его нет. Как в воду канул!