Дмитрий улыбнулся уж очень по-гусарски, погладил усы, словно убирая с уст ненужные слова, и ответил: «А чёрт его знает! Царь-зверей. Его ещё единорогом кличут иногда. Он от Матери-земли и Воды много полезных свойств вобрал в себя. Поэтому там, где хоть один такой обретает – там природа возрождается, как говорят. Рог у него волшебный – это точно. Мы его отпиливаем по осени и продаём. На зиму – в подземные пещеры загоняют их. Весной отпускаем на вольный выгул».
- У нас Индрик-зверь всем зверям зверь,
И он ходит, зверь, по подземелью,
Куда хочет идет по подземелью,
Яко солнышко по поднебесью.
Он проходит все горы белокаменные,
Прочищает ручьи и проточины,
Пропущает реки, кладези студеные,
Куда зверь пройдет, тута ключ кипит,
Когда этот зверь поворотится.
Воскипят ключи все подземельные;
Когда этот зверь возыграется,
Вся вселенная всколыбается.
Все зверья земные ему, зверю, поклонятся.
Никому обиды он не делает, - продекламировал Леонид, поняв суть разговора.
- Дмитрий Дмитриевич, - на крыльце показался слуга Фёдор. – Коляски мы запрягли. Ожидают. А снедь мы Елизавете Дмитриевне передали.
Мужчина кивнул и махнул рукой, отпуская людей. Варваре оставалось только восхититься умению слуг исчезать с глаз не хуже домового.
- Ну, что ж, друзья мои, - воодушевлённо хлопнул в ладоши Волков, - в путь! А то наступит полдень и ехать будет не столь приятно.
Лошади встали на краю редкого перелеска ровно в тот момент, когда солнце вошло в зенит. Сперва, в начале пути, разговор в коляске, в которой ехала Варвара, завязался довольно живой и интересный. Но со временем Елизавета Дмитриевна предпочла виды по ту сторону борта, которые были для неё гораздо занимательнее продолжающейся дискуссией о «луне русской поэзии». Точнее, это была лекция, в которой Леонид Юрьевич каждым словом превозносил талант любимого автора. Варя слушала, иногда задавала уточняющие вопросы, но в основном слушала. Порой ей казалось, что запоминать всё сказанное – нет никакой необходимости. Девушка ненароком поставила личико под тёплые лучи, позволила ветерку играть с выбившимися из косы прядями и просто наслаждалась редкой возможностью выбраться из поместья.
- Тут неплохо, - смогла выдавить из себя Катя, осматривая три кривые сосны, растущие неподалёку. – Если сравнивать с тем, что было в последний раз, когда я тут была.
- А что было в последний раз? – спросил Аркадий, доставай две довольно объёмные корзины.
- Тут всё было раскурочено, как после пушечного обстрела, - рассказал Дмитрий Дмитриевич. – Тогда ещё Трясинник долго возмущался, а вишь – восстановил. Отец тогда полгорода нанял – все рыли.
- А что было-то? Вы, господин капитан, скажите конкретно, - попросил уже Пётр Дементьев.
- Залтыса искали, - бросила через плечо Елизавета, первой ступая на неширокую дорожку, ведущую в центр топей. – Стадо тогда еле на дальние топи перегнали.
- Кого? – вырвалось у Вари, спрыгнувшей на пока что твёрдую землю последней.
- Змея такая, - ещё более надменно ответила ей Волкова, зашагав вперёд.
Новообращённая с мольбой посмотрела сначала на подругу, потом на поручика, но выручил её Дмитрий. Наследник Анны Петровны взял в руки одну из корзин с едой, пригласил всех следовать за своей сестрой и неторопливо начал рассказывать: «Залтыс известен с очень старых времён, но не такой уж он и древний, если посудить. Вышел из Варяжского моря, и, по легендам - является созданием Старых богов Прибалтийских народов. Выглядит как небольшая неядовитая змея. У него нет крыльев или чего-либо еще необычного. Эта змейка является до сих пор – признаком благополучия, поскольку, появляясь в доме, приносила его хозяину удачу и благополучие. Даже домовой её присутствию не противится. Однако, если такая животина поселится на болоте – начинаются проблемы. Она начинает готовиться к размножению, и ведёт себя, простите, как любая баба на сносях: ест всё, что видит, вьёт гнездо. А от этого страдает всё вокруг. Короче, такая лет двенадцать назад и в это приползла. Да так засела, что еле извели».
- Вы её убили? – ужаснулась девушка.
- Не удалось, но гнездо разрушили. А она уползла куда-то. другим счастье приносить. А нам, чтобы это гнездо найти, пришлось всё болото перерывать, болотника подключать. Индрик-зверя перегонять. О! Слышите? Это они, Варвара Александровна.
По топи покатился странный звук. Варя сразу поняла, что он принадлежит живому существу, но до того она никогда такой не слышала. Он напоминал мычание была, только словно из колодца. Был протяжным и чуть переливающимся.