- Полынь, - недовольно надула губки ведьма, но спорить не стала, а быстро распрощалась и покинула кабинет.
- Ну, а теперь ты заходи, Сан Саныч, - сказал Унтов, откинувшись на спинку кресла и скрещивая руки на груди.
- Ушла? – уточнил бес, чуть открыв дверь и войдя пока только головой.
- Да. Чудная баба, - покачал ей вслед головой старший доктор. – Что-то стряслось?
- Ой, что верно -то верно, чудная. А вот старший мальчишка у неё хороший. Такие дудочки хорошие мастерит, - немного абстрактно заговорил Круглов, сел в кресло, где пару минут назад находилась рыжая ведьма, а потом стукнул себя по лбу. – Ой. Совсем она меня из копыт выбила. Я чего под дверью то стоял. Сан Саныч, мы будем жить!
- Мне нравятся в твоём голосе утверждение.
- Но недолго, - закончил «младший».
- Отчего? С девушкой пошло на ухудшение?
- Нет, даже пришла в себя, но вот только есть две проблемы, - признался мужчина и закусил нижнюю губу.
- Пойдём тогда. По дороге расскажешь, - встал с места старший лекарь. – Дверь закроешь изнутри.
Парень закивал торопливо, подбежал к двери, провернул ключ на три оборота и снова заспешил за уже вышедшим наставником.
Спасённую разместили в палате «неотложной помощи». Самая удобная комната во всей больнице – всё рядом: операционная направо, лестница напротив, кабинет врачей ровно внизу, слева сидят сестры милосердия с лекарствами. Находясь в такой комнате – можно быть совершенно уверенным, что тебя не забудут, не оставят и вылечат. Правда использовали её не часто. Да вот пригодилась.
- Рассказывай, - махнул рукой Унтов, когда они вступили на лестницу.
- Пришла в себя около получаса назад. Доложила сестра Екатерина. При первичном осмотре после возвращения в сознание, было установлено феноменальная регенерация, как у волчат пубертатного периода.
- Может подросток?
- Никак не может быть. По моим суждениям, основанным на считывании данных моими методами – девушке от восемнадцати до двадцати двух. Не меньше не старше. Физически она находится в самом расцвете сил. Но вот душевно.
- Что- то того? – Сан Саныч покрутил рукой у головы.
Младший серьёзно кивнул.
Они остановились на лестничном пролёте между первым и вторым этажом.
- Сильно?
- Нет, - покачал головой бес. – Не того. Она не сумасшедшая. Там амнезия.
Волхв задумался, глядя на белую дверь палаты.
- Насколько глубокая?
- Полная ретроградная, - ответил парень, а потом растеряно добавил. – Она даже имени своего не помнит.
- Ладно, разберёмся, - выдохнул доктор. – Главное, чтобы живая была, а там всё можно решить. За нашим полковником послал? Он ведь просил.
Старик хлопнул помощника по плечу и снова заспешил наверх. Тот, придя в себя, заторопился следом.
- Да, тут же, как мне доложили, - закивал он. – Там ещё одна проблема есть.
Сан Саныч уже схватился за ручку двери, когда молодой бес выскочил у него перед носом, прижав её собой.
- Она не волколак.
- Как так? – не понял волхв. – Мы же при первичном осмотре чётко и недвусмысленно определили – что волколак. И лечение подбирали исходя из данного основания.
- Тут не просто, - мотнул головой копытный. – Она он, но… Вы же к фейри на роды тяжёлые ушли, а потом приём. Мы с матушкой Екатериной более тщательней осмотр провели на предмет иных повреждений и нашли. На шее след от верёвки, а на плече след укуса. Понимаете?
- Ты хочешь сказать, что Она была человеком, но кто-то провёл двойной обряд, чтобы наверняка сделать её волком? – догадался Сан Саныч-старший, и встал возле стены рядом с младшим коллегой.
- Это плохо, - подтвердил его настроение молодой бес.
- Это не просто плохо. Это просто…, - выругался доктор. – Нам только проблем с дьяками из Синода не хватало.
- Может Павел Владимирович решит с ними? – успел предположить второй врач, когда по деревянным ступенькам застучали тяжёлые каблуки военных сапог, и на вершине лестнице встал мужчина в форме главы полицейского управления.