- Не могу сказать, что есть улучшения. Ничего нового я не вспомнила. Как я поняла Орест Модестович разбирался в плетении этого…заклятья. Верно ведь? Или Печать всё же уместнее? В результате появилась странная картинка, - девушка активно начала жестикулировать, пытаясь показать фигуру. – Так. Так, а потом ещё круг. А внутри него – словно вязание.
- Вязание. – повторил волколак. – Никогда не сталкивался с таким. Значит надо будет заглянуть в аптеку. Но это - завтра. А сейчас вернём Вас Волковым. Они наверняка волнуются.
Варвара ничего на это не ответила, а лишь недовольно поморщила нос и встала, задвинув за собой стул. Ей конечно же хотелось сделать несколько замечаний по поводу, где она видела ожидавших в поместье «господ-офицеров», но не стала. Было очень неприятно чувствовать себя объектом неуместных насмешек, возможных не от её глупости, а от незнания. Когда страсти в груди улеглись и голова начала оценивать ситуацию свободно, для себя Варя приняла твёрдое решение, что Пётр Дементьев для неё умер до тех пор, пока своими действиями не докажет своё право называться Мужчиной и Офицером.
- Я хотел у Вас спросить всё: что это? – поинтересовался уже на улице Палий, указывая на хорошо сложенный свёрток в руках у опекаемой.
— Это…, - девушка слегка замялась. – У Александра Александровича появилась идея, поддержанная и старшей сестрой, и Сан Санычем – младшем.
- Я восхищаюсь способностью господина Унтова порождать в своей голове одну идею за другой, - перебил её мужчина, по оправился. – Простите, продолжайте. Что за идея? Пройдёмте.
- В больнице сейчас нехватка медицинских сестёр милосердия. Александр Александрович считает, что деятельность может поспособствовать каким-то образом моему состоянию, поэтому я согласилась поработать в больнице.
Павел Владимирович остановился, нахмурился, глядя себе под ноги и покусывая нижнюю губу, словно его мучали сомнения, а потом мысленно махнул рукой на всё: «А, они врачи – им виднее. Делайте как вздумается. Правда, не уверен, что Анна Петровна отнесется к этому благосклонно».
- Она – дама старого порядка. Я уже смекнула, что идеал жизни женщины для неё укладывается в старую немецкую поговорку, - улыбнулась Варя. – Но я надеюсь её уговорить.
Полицмейстер ничего не ответил. Он знал вдову Волкову давно и прекрасно представлял то, что будет по их приезду. Не без основательно он полагал, что молодые люди уже получили по ушам несмотря на все свои боевые заслуги и звания. Дмитрий Дмитриевич, как старший по званию и по родству, больше остальных. Но и решение Варвары тоже не найдёт поддержку с её стороны.
Улицы в опустившейся ночи ещё не были пусты. Скорее, наоборот. Сам городок словно бы изменился. Он казался выше, стройнее, как готический Нотр Дам. Главная улица петляла, как наплавной мост. Деревья неправильно искривились, трава застыла вбитыми кольями. Казалось, что ходить по ней ровно что по заточенным ножам. К тому же Варвара была совершенно уверена, что всё вокруг полно жизни. Среди доносившихся ароматов зелени, цветов, чего-то лёгкого, она чувствовала кислоту и терпкость, от которой хотелось чихать.
В остальном же всё было по-прежнему. То в одну, то в другую сторону шли люди и нелюди. Где-то в отдалении был слышан громкий смех, в разнобой свешавший мужские и женские голоса. Потом кто-то протяжно взвизгнул и снова громко засмеялся, от чего Варя, уже практически севшая в остановленную пролётку, обернулась.
- Не обращайте внимание, - поторопил её Павел Владимирович. – Там в глубине квартала публичный дом. По ночам и не такое слышно.
- Как же так? – недоумевала девушка. – В центре города.
- А что, -пожал плечами мужчина и сел рядом, махнув рукой ямщику. – Поместье Волковых. А что, я говорю. В нашем городе, может Вам уже говорили, живут помимо других ещё и инкубы с суккубами. Им надо откуда-то силы черпать. Да и простые тоже не без греха.
- Вы так просто говорите об этом.
- Варвара Александровна, Вы может быть и потеряли память, но, как мне казалось, девушка весьма здравомыслящая…
— Это почему Вы так решили: по моим бесконечным вопросам и недоумённому молчанию? – попыталась съязвить новообращённая.
- Не перебивайте старших, - пожурил он её и продолжил. – Вы – девушка здравомыслящая и реально смотрящая на вещи, хоть и не лишены, как и все девицы, романтических верпетов. А вывод - основан на том, что я знаю о Вашей жизни до обращения. Скажу Вам так, коль я уж потерял мысль, что хотел сказать о публичном доме: Ваше дело близится к завершению. В течении недели преступника будут пойманы, потом получат своё наказание и, вероятнее всего, будут казнены.