- Он были Иными. Не людьми. Одними из первых из Мира под Луной, кто принял веру в Христа. Все - пострадали за эту веру в царствование Декия. Римлянам их сдали свои же. А уж те придумали наказание соразмерное жизни. Викторин, Виктор и Никифор были волхвами.
- Как господин Унтов? -уточнила девушка.
- Да. В летописях их называют ещё друидами. Названия разные суть одна. Так вот они были вложены в каменную ступу и истолчены каменным пестом. Клавдий скончался, по отсечении рук и ног: он был волколаком. Диодор – из старого рода магов - был сожжен огнем. Серапиону, тоже волколаку, отрубили голову. Папий один из немногих наших святых, который был инкубом, кстати. Его сбросили в море.
- То есть здесь все святые, которые были как мы?
- Не совсем. Апостолы уж точно не были из наших. Или нам об этом не известно. Или вот Святой Илья Муромец, боровшийся с нечистью в Древней Руси. Или Святой Александр Пересвет.
- Один из монахов, посланных Сергием Радонежским, - вспомнила Варя.
- Да. С Мамай же держал кроме простых воинов ещё и колдунов, оборотней и много ещё чего. С ними боролись как раз отряд монахов. Теперь они оба покровители полка Священного Синода и его особого отдела.
- Странно, - пожала девушка плечами. – Как можно идти под ликом того, кто тебя истребляет?
- Вы немного не понимаете, - поморщился Палий и потёр переносицу. – Смотрите, это всё равно что Государь утверждает смертный приговор преступнику. Что ж теперь идти против Государя? Я сам служил в полку и убивал волколаков, колдунов и прочих. Да и Дмитрий Дмитриевич с господами тем же занимаются.
- Но как же так?
- Просто есть закон и порядок. Есть война. Если ведьма похищает ребёнка, чтобы вытопить у него, ещё живого, жир – она подлежит смерти.
Девушка вздрогнула с подставленной картины. В ушах уж слишком отчётливо зазвучал детский крик.
- Кажется я перестарался. Вы слишком впечатлительны.
- Ничего страшного. Просто – это же так ужасно. А Вы так сказали, что я подумала, что такое действительно возможно.
Палий упёр взгляд в пол, нахмурившись, тяжело вздохнул и, скрестив руки за спиной, отошёл к горящим свечам.
- Такое было, - догадалась с ужасом Варя, но естественный для каждого человека интерес ко всему пугающему и запретному подтолкнул её к вопросам. – Когда? Где?
- На границе с Познанским герцогством. Это царство Польское. Там начал формироваться ковен, глава которого решил повязать всех кровью. От парней требовали принести сердце отца, а девушек – жир младенцев. Сказать, что я жалею, что мы тогда никого в живых не оставили, не могу.
- Жуть какая. Как так можно?
- Фанатики способны на многое, - пожал плечами мужчина и ободряюще улыбнулся. – Вы сегодня задумчивая какая-то.
- Да так, - отмахнулась девушка, радуясь смене темы. – Тут вроде бал намечается, а платья нет.
- Так вы приобщились к здешней ежегодной истерии. Я думаю, что Анна Петровна уже обо всём позаботилась. Остаётся только ждать.
- Чего? -не поняла Варя, вышедшая в самый центр.
- Приглашения. Вам разве не сказали этого.
- Я думала, что туда все могут прийти, - искренне расстроилась девушка. – То есть могут не пустить?
- Скорее, не найдёте то место, где вход. Вороны каждый раз действуют по-разному. За восемь лет я был так дважды. В один год они позвали лишь некоторых, а в другой весь город от градоначальника до последнего нищего.
- То есть все готовятся, чтобы не мучатся в последний момент, - поняла Варвара.
- Вы будите ещё здесь? – спросил мужчина.
- Вы собираетесь уходить?
- Служба. Сегодня суд по Вашему делу. Там, я полагаю, быстро дело разрешиться.
- Простите, я Вас, наверное, задерживаю.
- Нет, - покачал головой мужчина. – Кстати, вы не забыли, что у Вас сегодня встреча с Хлангом?
- Судя по интонации – Вы к нему потеплели. Или я ошибаюсь?
- Ошибаетесь. Но пока – пускай живёт. Так Вы идёте?
Выйдя из храма, стоя на ступеньках, девушка стянула одолженный платок и протянула его волколаку.
- Оставь себе, - ответил владелец, даже не глянув на вещь.