Выбрать главу

Глава 12.

- Не спеши, маленькая шлюшка...

Как я могла так опростоволоситься?

Откуда на безопасных дорогах Канады эти ублюдки?

И Пастырь посчитал, что мне будет лучше без него?

И, главное, что мне теперь делать?

Эти и другие вопросы мелькали в моей голове, в то время, как пикап мчался трассой.

- Остановите! Выпустите меня! – кричу по-русски.

- О, наша девка! – радуется бородатый. – Я же говорил! Местные ночами по окрестностям не бродят!

- Да ещё и с чемоданами, - добавляет бритый. – Что везёшь? Наркотики? Оружие?

- Ничего, - цежу обречённо. С тремя мужланами я не справлюсь, нужно быть объективной.

- Остановите! – цепляюсь за руль, но бритый, который сзади, хватает меня за предплечья, прижимает к спинке кресла.

- Не брыкайся, коза…

Куда мне против его бицепсов.

Бородатый наматывает волосы себе на руку, полностью лишая меня движения.

- Не держи зла, - так по-доброму произносит бритый. – Просто оказалась ты не в том месте и не в то время. Баба нам нужна. Позарез.

Время, время… Что за шутки ты со мной играешь?

Водила хихикает глупо и лапает за грудь, под наркотиками что ли? Пытаюсь вывернуться и лягнуть его ногой, но бородатый сильнее тянет меня за волосы:

- Прррр! Кобылка!

Ну что за уроды?! Дома в жизни не нарывалась на неадекватов, хотя и частенько ездила автостопом, так тут нарвалась…

Я затихаю, но в голове крутятся мысли, сменяют друг друга варианты. Что, если навстречу будет ехать полицейская машина? Может, удастся, крутануть руль или нажать на сигнал? Хотя, встретить полицию в такое время на почти пустынной трассе практически нереально. Ладно, будет любая встречная ехать – попытаюсь привлечь внимание. Здесь люди законопослушные, может, сообщат в полицию…

Пикап сворачивает на боковую дорогу, и всякая надежда на избавление пропадает. Мы проезжаем ещё немного и останавливаемся. Водила выскакивает из машины, резко открывает дверь, выволакивает меня на улицу, держа за руку и за волосы. Следом выскакивают бритый и бородатый.

Я попала.

Я даже не представляю, что можно сделать в такой ситуации. Я ещё чувствую на себе прикосновения Пастыря, хоть это и было в иной реальности, в отменённой. А теперь меня бесстыдно лапают чужие мерзкие руки. Пытаюсь ударить бритого ногой по яйцам, но татуированный отдёргивает меня за волосы, и я промахиваюсь. Пытаюсь достать татуированного ногтями, но он уворачивается и тянет меня за волосы вниз, заставляя стать на колени:

- Блядь! Успокойся, а то упокою!

- Некрофил что ли?.. – цежу сквозь зубы.

- Тихо, кобылка, - пытается успокоить меня бородатый. – Пока цела – и радуйся. Будешь послушной – может и уйдёшь на своих ногах. Нет – повыдёргиваем.

- Отсоси, - расстёгивает ширинку бритый, приближая к моему лицу свой мерзкий отросток.

- Откушу! – отворачиваю голову.

- Не, она ненормальная, - восклицает бородатый. – Может, бросим её здесь?

- Сначала отымеем по полной, потом бросим, - отвечает татуированный, нажимая на шею и заставляя меня опуститься на четвереньки.

Мне в жизни не было так противно. Грубые руки больно сжимают груди, грузное тело наваливается сверху, а я даже не вижу, кто это, потому что перед глазами только клочок земли. Ору, визжу, вырываю траву с корнем, бросая за себя и надеясь засыпать насильнику глаза, сжимаю ноги и подтягиваю колени, пытаясь закрыть интимное место, но чувствую, как мужские руки цепко хватают меня за щиколотки и понимаю, что уже ничего не могу противопоставить негодяям.

- Пастырь! – кричу, не знаю, почему, ведь он не может меня услышать. – Пастырь! – и в рот мне засовывают какую-то грязную воняющую бензином тряпку.

И в тот момент, когда решаю, что меня сейчас отымеют, вдруг понимаю, что никто меня уже не держит. Глухой звук ударов, гневное рычание, сдавленный крик, хрип. Вытягиваю изо рта тряпку и выворачиваюсь, чтобы посмотреть, что происходит.

А происходит… Аркан. Трое мерзавцев валяются на земле скрюченные, изломанные, и я даже не знаю, живы ли они. Но если и нет, то так даже лучше. Не стоит таким нелюдям топтать нашу землю.

И только сейчас понимаю, что всё закончено. Меня не тронули, не успели. Пастырь спас меня, не знаю, как он оказался здесь, но он здесь. Он рядом.