Мне горько, с одной стороны. Но сладко и радостно с другой. Наши чувства взаимны! Но он переступает через себя и отправляет меня на родину, будучи уверен, что больше никогда не увидит. Что это? Самопожертвование или величайшая глупость?
Я не знаю. И сижу в пикапе безмолвной куклой, пытаясь сдержать слёзы. А тот, с кем бы я хотела разделить вечность, рядом, грызёт губы и сжимает руль так, что белеют костяшки пальцев. Рядом, но уже безумно далеко.
Я должна радоваться. Могла бы улететь сегодня, забыв обо всём, осталась бы лишь необъяснимая тоска в сердце. Но я уношу с собой бесценный дар: семь витков времени, три безумных ночи в объятиях любимого, знание о том, что наш мир не так прост, что есть в нём место для чудес, для невероятных существ. Для любви, которую я до сих пор считала самой невероятной фантастикой. Уношу с собой образ Волчьего Пастыря и его второй ипостаси.
Я даже не против была бы унести с собой твою частицу – твоё дитя, Пастырь, но это невозможно, потому что в последнем витке между нами ничего не было.
Полная луна поднимается всё выше, пытаясь рассмотреть, что же творится в нашем бренном мире. Негодница-луна, это всё твои шутки?
Так, ни слова не говоря, мы подъезжаем к аэропорту.
Аркан останавливается напротив входа, выпрыгивает из пикапа, открывает мне дверь:
- Выходи, Маргарита.
Он не называет меня сейчас своим хрипловато-тягучим «Ррита-а» - и от этого становится ещё грустнее.
Он даже не подаёт руки, словно боится ко мне прикоснуться. Я спрыгиваю на асфальт, Аркан вручает мне чемодан и листок с распечатанным билетом, который я забыла в салоне авто.
- Вон – вход, - показывает мне пальцем, словно маленькому ребёнку. – Сейчас ты заходишь внутрь, проходишь регистрацию, садишься на самолёт и возвращаешься домой. Твоей подруге я позвоню и сообщу, что тебя не пропустили на таможне, чтобы она не беспокоилась. Ты забудешь всё, что я тебе сказал. И меня ты тоже забудешь.
Стою. Смотрю. Ничего не говорю. А что я могу сказать?
Самый любимый мужчина на свете топчется на месте, мнётся, словно хочет наплевать на всё, схватить меня, сжать в объятиях, закружить… Но искры в его глазах гаснут, он перебарывает себя и бросает мне короткое:
- Иди.
Беру чемодан и иду, надеюсь, он не успел заметить моей кривой улыбки. Уверен, что я в его власти, но, чёрт подери, это не так.
Иду по направлению к аэропорту, спиной чувствую его взгляд. Хочется обернуться, махнуть рукой, но нет. Я сдерживаю себя и не оборачиваюсь. Только замявшись в дверях бросаю незаметный взгляд назад. Пикап стоит на том же месте. Пастырь хочет убедиться, что я улетела. Что ж…
Захожу в здание аэропорта. Стеклянная дверь закрывается за мной, словно отрезая от этого мира, от Канады, от непрожитых двух недель отдыха с подругой по переписке, ото всех пережитых приключений, от Аркана…
Мелькает мысль: может, ничего и не было? Трудно поверить в петли времени, вервольфов, недооборотней, находясь среди шумной толпы в стенах аэропорта. Здесь светло и многолюдно, а за стенами – ночь. Смотрю через стекло на улицу, прижавшись ладонями и носом. И вижу, как медленно отъезжает бежевый пикап.
Ты попрощался со мной, мой незабываемый любовник, мой ярый защитник, мой наркотик.
А я – нет.
И я рву пополам билет на самолёт.
Конец первой части книги «Волчий Пастырь».
Ночь сурка закончилась, но что-то грядёт... Вы с нами? С Арканом и Маргаритой? Тогда вопрос от Муза: вы поставили «Мне нравится»? Вы нажали кнопку «Отслеживать автора»?
Если да – мы отправляемся в дальнейшее путешествие, ведь нельзя так. История должна иметь ХЭ! Встретимся через несколько дней.
Часть 2. Глава 1(1).
Огромнейший аэропорт Торонто выглядел теперь для меня совсем по-другому. Думаю, это потому, что я приняла решение. Решение бесповоротное.
Есть Он, и есть Я. И если наши мнения расходятся, то это только его проблема.