Марго, расслабься и получай удовольствие! Даже если не сможешь отыскать следы Пастыря…
Примерно через час мы уже обнимались с подругой, которую я впервые в жизни видела «живьём». По любому интернет нас изменяет, приукрашивает. Мы не выставим фотографию, на которой неудачно получились. Мы можем подумать над ответом, прежде чем впечатать его в чат. И даже скайп искажает, меняя пропорции, цвета, голос.
Рия оказалась ниже ростом, чем я её представляла, смугленькой весёлой хохотушкой. Она щебетала, как птичка, и не обращала внимания на то, что у неё вымазалась обувь и растрепались волосы. Вот тебе и первое различие. В моей стране мы не так раскованы и непосредственны, мы больше думаем о том, какими нас увидят, какое мы создадим впечатление. Наверное, мы более «искусственные». Глядя на попрыгунью, я думала, что, пожалуй, хотела бы быть такой, но уже не смогу. У большинства из нас было тяжёлое детство и ждёт нас неопределённое будущее. Стабильность, как я вижу, это здорово.
- Как я рада, что ты здесь, с нами, Марго! У меня столько замечательных планов! Я хочу показать тебе всё-всё-всё! Конечно, за две недели Канаду не узнаешь, но это только начало нашей дружбы!
Рия и её мама искренне радовались, обнимая меня и целуя в щеки. У меня даже слёзы на глазах выступили. Да, действительно, как хорошо, что судьба свела нас на просторах интернета. Раньше, когда интернета не существовало, люди были замкнуты в своих странах даже информационно. Поездки за границу были редки и сложны. Не хотела бы я жить в прошлом. Спасибо новым технологиям, без этого я бы даже не мечтала попасть на другой конец света. Сейчас интернет объединил все страны в некое единое информационное пространство, мы легко можем общаться с теми, кто находится за тысячи километров от нас. А для путешествия нужны только средства. Да мне пришлось подрабатывать вечерами и во время каникул, ухаживая за богатыми стариками, чтобы заработать на эту поездку, да ещё и семья Рии взяла на себя все расходы по проживанию. Но главное – я здесь. И передо мной маячат призывно две волшебных недели в далёкой стране!
И снова мелькает мысль: будут ли они волшебными без Аркана, без его лёгкой улыбки одним уголком выразительных губ, без его тёмных глаз с красными искорками, иногда мелькающими в необозримой глубине, без его нежных ласк и безумных поцелуев. Но я запихиваю все бесстыдные мысли поглубже, не позволяя взять власть над собой.
Мама Рии тоже приятная женщина, только высокая, крупная, с затянутыми в хвост тёмными волосами и первыми морщинками на довольно моложавом лице. Она всю дорогу засыпает меня вопросами о моей стране, родственниках, учёбе и прочее, прочее. Я отвечаю на автомате, а глаза провожают встречные и обгоняющие нас машины, ища знакомые очертания пикапа. О, пикапов здесь хоть пруд пруди, полуторных и двойных, светлых и тёмных. И больших бежевых, как у Аркана на последнем временном витке, тоже хватает. Свет полной луны недостаточен, чтобы рассмотреть лица проезжающих мимо людей. В любом из этих пикапов может ехать Волчий Пастырь. Но… даже, если так. Он ведь уверен, что я лечу на далёкую родину, и даже не догадывается, что я могу проезжать мимо. Наверное, отвезя меня в аэропорт, он отправился домой, ведь на него семь витков времени тоже наложили отпечаток и он, как и я, сейчас безумно хочет отдохнуть.
Где его дом? Как его отыскать?
Рия рассказывает мне о своих друзьях, явно намекая, что познакомит с классными парнями, которые мне обязательно понравятся. Может быть. Возможно, мы даже станем друзьями, но смогу ли кого-либо подпустить ближе после того, что пережила в объятиях Аркана?
Да что ж такое? Мои мысли снова и снова соскальзывают к теме, которой я сейчас предпочитаю не касаться. О, Марго, да будь же ты сильной девочкой!
За разговорами дорога пролетает незаметно, а время идёт своим чередом и больше не возвращается вспять. Даже непривычно немного.
Перед тем, как зайти в дом подруги, я бросаю взгляд на луну. Ну, что, свидетельница моих приключений, ты уже не возвращаешься назад, не выглядываешь смущенно из-за деревьев? Не подсматриваешь за тем, чем занимаюсь я на грешной земле? Наверное, ты многое могла бы мне рассказать, многое объяснить, но ты молчишь – и я остаюсь наедине со своими тысячами вопросов.
Меня ждёт очень уж поздний ужин, но я не отказываюсь. Организму пачечки чипсов, съеденной после прилёта, и чашки кофе с пончиками явно недостаточно. К его желаниям подпрягается сознание, для которого, вообще, прошло очень много времени, семь временных петель – это вам не шутки. Тем более, что в шести из этих петель меня покормить позабыли. Улыбаюсь своим мыслям: зато там было нечто другое, деликатес для моего тела, жаждущего любви.