Следующим был оборотень со рваными ранами на боках, весь в крови, и он тоже всё время менял обличье, выгибаясь от боли, но не приходя в сознание. Несколько глотков волшебной водицы – и сочащиеся раны начали затягиваться на глазах, вскоре он принял образ человека.
После этого я отпаивала ещё несколько пострадавших. Все они были без сознания, и превращались то в человека, то в волка. Но после нескольких глотков раны начинали затягиваться, серебряные пули сами выпадали из тел, словно выдавленные, и раненые испытывали заметное облегчение.
- А почему одни останавливают обращение на человеческом облике, а другие – на зверином? – поинтересовалась я у Фавора.
- Мы все разные. Кто-то ближе к зверю. Кому-то привычнее человеческий облик.
- Тем, в ком силён волк, наверное, трудно удерживать длительное время человеческое обличье?
- Вовсе нет. Это зависит от силы воли, а не от степени проявленности зверя.
Тех, кто сильно пострадал и находился при смерти, оказалось около двух десятков. Далее последовали вервольфы с тяжёлыми ранениями. Они уже не меняли форму, одни находились в человеческом обличье, но большинство – в волчьем, некоторые даже пытались улыбаться, но некоторые тоскливо выли.
Я снова начала расспрашивать Фавора:
- Почему же они не воспользовались для исцеления своими Логовами?
- Видишь ли, Марго, иногда оборотень получает настолько сильное увечье, что оказывается не в состоянии перемещаться. Но большинство ребят, которых тебе сейчас приходится исцелять, ещё молоды. До двадцати пяти вход в Логово гарантировано закрыт. Обычно он открывается где-то в период от двадцати пяти до тридцати лет. Изредка даже бывает, что вервольфу до конца жизни не удаётся создать для себя пристанище. Остальные уже вылечили себя сами. Поверь, если бы не Логова, раненых сейчас было бы раз в десять больше.
Закончив с тяжело раненными вервольфами, мы с Фавором перешли к тем, кто получил ранение средней тяжести, а затем начали подходить с лёгкими ранениями.
Где же Пастырь? Мне кажется, что очередь никогда не иссякнет и я уже вечность, как набираю воду и пою страждущих.
Наконец-то все раненые получили необходимую помощь. Чудесный артефакт был по-прежнему полон. Хотелось отпить волшебной воды, ибо силы мои иссякли, но я боялась вновь попасть под власть эйфории. Нет, сейчас мне нужно помогать вервольфам.
- Всё! Ты, Марго, просто молодчинка! – торжественно объявил Фавор и крикнул. – Теперь подходите все желающие!
Новая очередь выстроилась передо мной. Измазанные, в порванной одежде, но улыбающиеся и опьянённые победой вервольфы, они с интересом осматривали меня, словно диковинную игрушку.
- Достаточно, - на плечи мне легли горячие руки, и послышался голос Аркана. – Ты уже много для нас сегодня сделала, можешь глотнуть эликсира и отдохнуть. Дальше я сам.
Глава 13(1).
- Стоп-стоп-стоп!
Аркан позволил мне сделать всего лишь глоток эликсира, на мгновение размазался туманным облачком и вновь стал чётким, только уже без Чаши в руках.
- Ты запрятал Волчью Чашу в своё Логово?! – возмутилась я.
- Вот злоупотреблять не стоит, дорогая. Это тебе не водица в жаркий день. Некоторым вервольфам удаётся глотнуть лишь разочек в праздник Волчьей Луны, а ты и так уже нахлебалась…
- Аркаан!.. – захныкала я. – Ну это же не вредно!
- Любой искусственный стимулятор не следует использовать часто, иначе организм перестанет заниматься восстановлением самостоятельно, а только и будет ожидать волшебного пенделя!
- Ты хочешь сказать, возможно привыкание, как к наркотику?
- Да ты на себя посмотри: ручки дрожат, зубки стучат от негодования. Злой дядя Пастырь забрал игрушку.
- Ууу… - я сердито сжала губы. – И вовсе мне его не хочется. И не стоило его запрятывать от меня… Стой! Это, что, значит? Ты без меня провёл в логове целый час? Без меня?! И что ты делал?!