- А чистое бельё найдёшь в ванной, одежду я тебе приготовил. И всякие женские мелочи тоже, - легко подтолкнул меня под попу ладошкой Пастырь.
Побежала в ванную. В голове мелькнула мысль о потраченной зазря ночи. Без объятий любимого – это и есть зазря. Я пообещала себе, что сегодняшней ночью отыграюсь и за вчерашнюю. Так, что мне здесь приготовил заботливый Пастырь?
Глава 14(3).
Аркан.
Девочка моя вышла из ванной чистенькой и свеженькой, хоть хватай и в постель тащи. Мысль о бесцельно прожитой ночи сводила с ума. Я ведь специально ушёл, чтобы дать ей отдохнуть. Дела могли и подождать, но Рите просто необходимо поспать, чтобы организм восстановился. Вернулся, когда она уже сладко посапывала под покрывалом, лёг рядом тихонько, чтобы не разбудить. Впрочем, вряд ли её разбудила бы и пушечная канонада. Я обнял свою девочку, зарылся лицом в её волосы. Вот бы так засыпать всегда… Но наши дома на разных сторонах земного шара и всё не так просто, как хотелось бы.
Утром пришлось встать пораньше, чтобы уладить ещё некоторые дела. Например, заказать для моей девочки несколько комплектов нижнего белья, кое-какую новую одежду, а также халат, тапочки, зубную щетку и прочие мелочи.
Когда она вышла из ванной, сердце моё пропустило удар. Обтягивающие джинсы тёмного оттенка, немного состаренные – это оно! Мягкая футболка с принтом отлично прикрывает грудь и не особо обтягивает (нечего пялиться на мою девочку!) А ещё эти носочечки! Такая домашняя, милая, так хочется усадить себе на колени с снять эту чудесную футболку, затем джинсы… И носочечки! Но вместо этого я протянул ей пару м’яких спортивных туфель. Их бы я снял в первую очередь. Но, вместо того, чтобы раздевать, мне пока приходится мою девочку одевать.
Ладно, вечером мы всё это исправим. За две ночи. Одну ночь Рита уже мне должна, а проценты растут. Так обидно лежать рядом с моей девочкой и… не будить поцелуями. Так, успокойся, а то внутри уже ворчит недовольно Волк, а штаны начинают бугриться не по-детски. Эй, штаны, вы чего? А ну-ка успокойтесь! У нас с Маргаритой сейчас важные дела. Погодите до вечера, а?
- Ну, как я тебе? – повернулась, негодяйка, пытаясь разглядеть свою попку, при этом так выгнулась, что я едва не кончил.
- Супер! Пошли завтракать.
Пошли скорей, пока не пришлось покрывало вокруг бедер наматывать.
- Ты отлично с размером угадал, Аркан? – девочка подходит и бесцеремонно целует меня в губы, не обращая внимания на мои искренние потуги сдержаться.
Ещё бы с размером не угадал! У меня твоя фигурка до сих пор в руках ощущается. Эх, ладно, сама виновата. Задержимся на пятнадцать минут. Или на час пятнадцать? Я уже готов пойти против своих принципов: вначале дела, потом всё остальное, но Рита уже оглядывается в дверях:
- Ты идёшь?
Иду. С трудом, но иду. Сегодняшнее дело очень важное и печальное, нельзя откладывать. До ночи можно и потерпеть.
- Да, Рита, поспешим.
Мы наскоро завтракаем блинчиками с творогом и вареньем, запивая всё сладким кофе, и уезжаем.
А дальше не до смеха. И не до любви. Видеть воочию, что принесла в дома моих вервольфов эта стычка, больно, до ужаса больно. Эти убитые глаза вдов. Эти не понимающие глаза малышей, которые всё время спрашивают, где папа и когда он вернётся. Эта жуткая атмосфера потери, безысходности, отчаяния. Этот ужас, поселившийся в домах. Успокаиваю себя одной лишь мыслью: если бы Зураб захватил власть, он повёл бы вервольфов на людей, и жертв было бы больше во много раз. Скорее всего, что род оборотней был бы уничтожен, мужчины и женщины гибли бы, защищая свои семьи, отдельные случайно выжившие щенки вынуждены были бы прятаться, а их бы выслеживали и добивали по одному. Зураб не понимал этого, он был чересчур самонадеян и жесток. К счастью, его удалось остановить. Но не факт, что все недооборотни уже покинули Онтарио. Не думаю, конечно, что кто-то будет геройствовать, когда сам Зураб уже на том свете, но мало ли. Были ведь и сторонники его политики. При голосовании около двухсот вервольфов перешло на его сторону, так что кто знает… Нужно быть предельно осторожным и с Риты глаз не спускать.