- Рритаа… - надо мной склоняется такое родное лицо. Аркан улыбается, но взгляд его встревоженный. – Как ты?
- Наверное, получше, чем ты, - говорить тяжело, горло саднит, а во рту пересохло.
Пастырь вливает мне в рот несколько глотков воды… Нет, волчьего эликсира. Становится легче, и я даже приподнимаюсь на локтях.
Что-то хреново выглядит мой Аркан… Исхудал, словно месяц не ел, черты заострились, глаза ввалились, в глазах всемирная тоска.
- Что с тобой случилось, Аркан?
- Не со мной. С тобой.
- Со мной?
- Тебя Латрея отравила, когда вы пили с ней вино.
- Но ведь она брала бокалы с подноса официанта!
- Значит, мальчика подкупили. Или заставили. Или ты просто не заметила, когда она подсыпала яд, вервольфы могут двигаться очень быстро. Это не важно, с этим мы разберёмся.
- То-то мне показался странным привкус вина. Получается, меня травил и Люк, и Латрея ещё в предыдущей временной петле, до того, как стреляла в тебя, потому что в те разы вино имело тот же вкус. Они собиралась избавиться от меня в любом случае!
- Получается, что так. Это был аконит, «волчий корень», доза рассчитана так, чтобы подействовало не сразу, а тогда, когда лечить будет уже поздно.
- Но ты меня вылечил!..
- Только благодаря тому, что Логово приняло тебя, как мою пару. И ещё благодаря волшебному эликсиру, сохранённому для нас предками.
- И сколько времени мы провели здесь?
- Сегодня двадцать пятый день…
- Ч-что-о?!!
- В реальности прошло всего десять минут, но уже представляю, как все волнуются. Никто не может попасть в моё Логово, и я отсюда не могу ни с кем связаться.
- Двадцать пять дней мы прожили в Логове без еды и без воды?
- Нас спасала Волчья Чаша.
- Оттого ты так и исхудал… Представляю, на кого я похожа. Нет, даже представлять этого не хочу!
- Ты прекрасна, Рита!..
- Не ври!
- Хорошо. Ты – жива, и только это имеет значение.
- Ты выхаживал меня все эти бесконечные дни… Как ты выдержал? Как не сошёл с ума от одиночества?
- Я не был одинок, ведь рядом была ты.
- Ладно, потом постараюсь переварить всё это. Но почему аконит? Им ведь, насколько я знаю, травят именно оборотней.
- Чтобы умереть от аконита, не обязательно быть оборотнем. Это очень сильный яд. Согласно одной из легенд, когда Геракл вытащил из царства мёртвых трёхглавого Цербера, на землю падала его ядовитая слюна, она и породила это опасное растение. Но скандинавские мифы рассказывают, что сильнейший из богов, Тор, однажды сражался с ядовитым змеем. Змея он победил, но и сам погиб от многочисленных укусов. На месте этого боя и вырос аконит. Как бы там ни было, это растение очень опасно, а тебе досталась такая доза, что, боюсь, и Волчья Чаша не смогла бы помочь обычному человеку, не оборотню.
От этих слов в мозгах моих всё перевернулось. Я не могу понять, о чём это Пастырь?
Глава 21(2).
- Когда ты упала, подкошенная ядом, в первые секунды в тебе начали проявляться черты волчицы.
- Ты бредишь? Я не оборотень!
- Я говорю то, что видел собственными глазами.
- Но этого просто не может быть! Я, что, от тебя заразилась?! Ты же говорил, что даже от укуса оборотнем не станешь! – я ощупывала себя в ужасе, но находила только человеческое, женское тело.
- Чего ты так испугалась, Рита? Разве быть оборотнем так ужасно?
- Да! Нет! Я не знаю! Это так… неожиданно! И так… Я ничего не понимаю… Как же ты смог заразить меня? Через секс?
Пастырь вздохнул и покачал головой:
- Оборотничество – не болезнь, нею нельзя заразиться. Я уже говорил тебе, что это не более, чем миф.
- Но что же тогда?!
- Это значит, что в твоём геноме есть гены вервольфов.
- Нет! Мои родители – обыкновенные люди, и…
- Что ты знаешь о своём отце?
- Отца я плохо помню, мне было лет пять, когда он погиб. Он был лётчиком-испытателем…