— Убирайся! — перехожу на крик, не выдержав изумрудного взгляда. Тоска и боль. Отчаяние. Дьявол… Убегай, Василёк, пока цела. Я найду тебя, когда успокоюсь. Иначе…
— Я не хочу! — сладкий женский голос звучит твёрдо. Чёрт… Вася… Пожалуйста. Закрываю глаза от отчаяния. Слух улавливает мягкие, но уверенные шаги. Мятно-ягодный дурман усиливается. Тёплый ночной ветерок играет в малахитовых кронах вековых кедров. Шелест шелковистой травы. Полуобнажённая упрямица садится рядом.
— Я никуда не уйду…
Глава 39
Его глазами:
Великая богиня. Всё конец… Крохотная ладошка ложится на плечо и бережно поглаживает наливающийся синевой ушиб. Цепочка электрических разрядов пронизывает тело. От Васи исходит восхитительное тепло. Мягкое, солнечное, спасительное.
— Аа-а-а-ар-р-р-р! — хрипло зарычав, не глядя хватаю девчонку и затаскиваю к себе на колени. Открыв глаза, вижу прекрасное лицо драгоценной пары. А где твои синяки и ссадины, малышка? Залечила энергией света?
— Ты не человек… — выдыхает Василиса. И это даже не вопрос, а утверждение. Тонкие пальчики мягко касаются покрытой щетиной щёки. Вторая ручка ложится на мою грудь, прямо на бешено колотящееся сердце. Чёрт!
— Кто ты? — губы цвета карамели практически касаются моего рта. Дыхание становится рваным, раздирает лёгкие тяжёлым осипшим свистом. Кровь шумит в ушах. «Аа-а-а-ар-р-р-р!» — зверь рвёт и мечет, воет, стонет, рычит. Волк жаждет пару. И я. Возбуждённый член упирается в стройное бедро. Нежные щёки заливает очаровательный румянец. Россыпь крохотных веснушек напоминает звёздное небо. Сладкий аромат земляники усиливается с каждой секундой. Заводишься, да, Василёк?
— Меня зовут Фенрир. Я оборотень, — говорю чистую правду, глядя в изумрудные очи человеческой луны, — Ты принадлежишь мне, Василиса. Наши судьбы и жизни связанны. И у тебя есть десять секунд, чтобы остановить меня. Иначе я заберу своё здесь и сейчас.
Один… Два… Три… Рыжая малышка удивлённо моргает несколько раз. В ярко-зелёных глубинах вспыхивают мятные искры. Девчонке совсем нестрашно. Одновременно дерзкая и смущённая улыбка украшает лицо драгоценной крошки. Робкая, но с коварными хитринками. Сочетать несочетаемое — призвание Васи.
— Ты никогда не вернёшься к людям… — продолжаю «пугать» человечку. Четыре… Пять… Шесть… Краем глаза замечаю, как быстро вздымается полуобнажённая грудь истинной пары. Ходит ходуном, соблазняя резкими подпрыгиваниями. Уроды порвали одежду Васи, и сейчас девушка сидит на мне практически голая. И продолжает ласково улыбаться.
— Я не уверен, что сейчас смогу быть нежным и осторожным, — хриплю последнее предупреждение. Семь… Восемь… Девять… Прекрасная луна медленно накрывает мои губы несмелым поцелуем. Лёгким, словно касание крыла бабочки, томным и очень застенчивым. Малышка закрывает глаза. Это ты вредная, своенравная человечка… В этот раз точно. Десять!
— Ты мой рок, Василиса. Волчий рок, — вновь произношу сокровенные слова. Руки крепко обхватывают тонкую талию и вдавливают хрупкую фигурку в окаменевшее тело. Желание полностью порабощает разум. Я давал тебе возможность уйти. Назад пути нет.
Впиваюсь в нежные пухлые губки. Грубо, дерзко и жёстко. Сдавленный девичий всхлип и луна покорно принимает стремительную атаку. Приоткрыв сладкий ротик, Василиса отвечает на резкую ласку. Острый язычок касается моих острых зубов. Быстро расплетаю густую косу, распускаю ярко-рыжие локоны по узким плечам.
«Аа-а-а-ар-р-р-р! Укус!» — ликует волк, дождавшись поражения хозяина.
— Вася… — гортанно застонав, срываю жалкие остатки футболки, полностью обнажая рыжую красавицу. Ладонь скользит вдоль плоского животика и накрывает аппетитную грудь. Сминаю упругие холмики, наслаждаясь шелковистостью кожи. Рот захватывает возбуждённый сосок во влажный плен. Языком ласкаю и поглаживаю острую вершинку, зажимаю губами. Свободная рука двигается к распалённому эпицентру. Слегка надавив на бедро, заставляю девушку раздвинуть ножки шире.
— Будет больно, Василёк, — касаюсь губами нежного местечка на шее, того самого, выбранного для метки.
— Я готова… — тихий шёпот вызывает мучительную агонию. Мощная судорога прокатывается по телу, предвещая долгожданное удовольствие. Медленно и осторожно проникаю указательным пальцем в узкое лоно. Стенки мокрой пещерки внезапно сокращаются, препятствуя вторжению. Вася сжимается с непривычки, но… Влажная, горячая… И земляничная. Драгоценная человечка не на шутку распалилась. Но ещё не знает, что с этим делать.