Новый поток свежего воздуха обдувает пылающие щёки. Одна из створок громадного окна приоткрыта. Бесшумно покачиваясь, рама привлекает, манит. Стаскиваю антрацитовое покрывало с широкой постели, оборачиваю вокруг груди и делаю шаг в сторону «дверцы».
— Ай! — невольно жмурюсь от боли. Сокровенное местечко между ног неприятно ноет и саднит. Видимо, золотой свет излечил синяки и ссадины, но не внутренние повреждения. И несмотря на неприятные ощущения… Я хочу многократного повторения! Как быстро необузданная похоть завладела моим телом. Это всё ты, Фенрир. Десяток долгих секунд и я наконец-то выхожу на просторный балкон.
— Ого… — возглас восхищения застывает в груди. Открывшаяся картина перехватывает дыхание, заставляя забыть обо всём на свете. Даже образ желтоглазого мужчины напрочь вылетает из головы. Гигантские кедры устремляются в бесконечную высь. Не знала, что они вырастают настолько огромными. Больше похожи на трёхсотлетние секвойи. Массивные шероховатые коричневые стволы закрывают небосвод толстыми корявыми ветками. Сквозь густые малахитовые кроны с трудом пробивается солнечный свет. Багровые лучи утренней зари настойчиво скачут по водной глади глубокого прозрачного озера и освещают необычную деревню. Небольшие аккуратные симпатичные особнячки хаотично разбросаны в разных местах. Такое чувство, словно домишки выпали сквозь дырку волшебного мешка мага-строителя и рассыпались, как бусины. Современные на первый взгляд постройки украшены плетёными горшками с разнообразными цветами. У некоторых коттеджей есть уютные беседки и крохотные пирсы, выходящие на берег.
И всюду тёмная энергия, магия, суть. Нет, это не та ужасная сущность, которая пыталась убить малышей в хижине. Чёрная, но не злая. Просто другая. Хозяин этих земель — огромный желтоглазый волк. А покровительницы — ночь и полная луна. Интересно, а какая она, ясноокая богиня?
— Высокая прекрасная сероглазая дева. Густые локоны сияют серебром, а нежный голос взывает к справедливости, — мягкая хрипотца будоражит слух. Медленно оборачиваюсь. В широком проёме балконной двери стоит Фенрир. Тёмный, сильный, властный мужчина подпирает массивным плечом косяк.
— Доброе утро, Василёк, — проворное, стремительное движение и мускулистые руки крепко обвивают мою талию. Желтоглазый оборотень не даёт мне возможности ответить, накрывает рот жарким требовательным поцелуем. Теснее прижимаясь к мощному телу двуликого и отвечаю. Бурно, стремительно, страстно. Золотая сила снова встречается с чёрной, угрожая чудовищным взрывом. Гортанно зарычав, Рир спускается к шее, яростно впиваются губами в нежную кожу. Секунда, другая, третья… Мужчина резко отстраняется, кладёт руки мне на плечи, сильно сжимает и смотрит непонимающим взглядом:
— Вася, где метка⁈
Глава 44
Его глазами:
Какого⁈ Где метка⁈ Где, блядь, чёртова метка⁈ Ещё раз осматриваю сокровенное местечко на изящной шее. Я вижу отчётливые следы зубов. Зажившие. Так бывает, когда человек перерождается. Но… Никакого присутствия магии! На плече Василисы красуется пустышка. Любой двуликий поймёт, что девушка занята. Но рыжая заноза осталась человеком! Как⁈ Невозможно!
Запах! Аромат малышки должен был слегка измениться! Смешаться с моим. Делаю глубокий вдох, чтобы убедиться. Дьявол! Чистая мята, земляника и полынь.
«Аа-а-а-ар-р-р-р!» — ярится зверь. Хвостатый не понимает, что происходит. И я. Мы отдали девушке часть себя, процесс начался на моих глазах, но земляничная луна не стала волчицей. Обращение остановилось. Почему⁈ Что произошло⁈ Лихорадочно сжимаю хрупкие плечи и встряхиваю малышку. Если Вася останется смертной, то я потеряю любимую… Драгоценная крошка рано или поздно умрёт. От старости или болезни. Умрёт и переродится в другом теле.
«Аа-а-а-ау!» — тоскливо воет зверь. Верно, брат… Мы будем обречены вечно искать душу Василисы среди людей. Бесконечная пытка. Любить, желать, находить и терять. А наши дети? Если они будут людьми? Мне придётся изгнать из стаи своего сына? Нет! Великая богиня… Растерянность, гнев, сожаление затуманивают разум. Тёмная сила, громко потрескивая, вырывается на свободу. Чёрная дымка искрит грозами, шипит, стелется по полу и обвивает пару. Почему я? Почему мы? Заглядываю в изумрудные глаза в поисках ответа.