Эрлань вместе с другими собаками снова рванул на северо-западный край и там стал бешено лаять. Когда собаки прекратили лаять, волчонок снова завыл, издавая уже нормальные волчьи звуки. Он выл непрерывно пять-шесть раз, потом замолчал, побежал к миске, попил водички и снова побежал на прежнее место и продолжил. Повыв несколько раз, он снова остановился, поставил уши торчком и стал слушать ответ. Прошло довольно длительное время, пока волки, видимо, были в замешательстве, вдруг с западного склона донёсся грубый и грозный вой. Этот звук походил на голос вожака или его помощников, вой содержал приказ, он был недлинный, краткий и ясный. Чень Чжэнь и Ян Кэ были напуганы этим так, что не могли произнести ни слова.
Волчонок сначала оцепенел, но потом вдруг радостно подпрыгнул. Он заволновался, но не знал, как ему отвечать, разве что пытаться подражать тому вою. Хотя звук голоса волчонка и нежный, но окончание звука вполне соответствует обычному волчьему. Волчонок пытался подражать несколько раз, но такого грозного воя, который он только что слышал, у него не получилось.
Все бывшие там волки наверняка страшно волновались, за многие тысячи лет существования монгольской степи они никогда не сталкивались с таким необычным волчонком. Наверняка он находится в лагере людей среди собак и овец и, как ни в чеём не бывало, какие звуки хочет, такие и произносит. Тогда, в конце концов, он волк или нет? Если да, тогда какое он имеет отношение к вечным врагам волков — людям и собакам? Послушав его ещё немного, волки подумали, что он как будто там живёт неплохо, и его не обижают ни люди, ни собаки, и голос вроде сытый и довольный, однако что с ним собираются делать люди и чего он хочет сам?
Вдруг донёсся ещё один волчий вой, по всей вероятности, это была волчица, этот звук был тёплым и мягким, наполнен материнской болью, любовью и надеждой, в конце этот звук долго дрожал. Чень Чжэнь подумал, что он может означать: «Сынок, ты помнишь маму? Я твоя мама… Я скучаю по тебе, я ищу тебя давно… Все тебя ждут…» Чень Чжэнь не смог сдержать слёз, у Ян Кэ тоже глаза были влажные.
Волчонок от этого зова очень забеспокоился, почти взбесился, стал яростно и свирепо натягивать цепь, сильнее, чем перед кормлением. Волчица снова скорбно завыла, через некоторое время к ней присоединились и другие волчицы, и над степью полилась печальная скорбная песня, она длилась и длилась, потрясая небо и землю, заставляя плакать чертей. Волчицы словно перенесли тысячелетнюю скорбь и боль по пропавшим детям в настоящее время.
Затем на горном склоне образовалась тишина. Чень Чжэнь подумал, что наверняка те скорбящие и надеющиеся волчицы сбиты с толку и возмущены: ведь, может быть, этот маленький хулиган не является тем родным дитём, которого они так ищут, а возможно, это и не их собрат. То есть вся стая сильно сомневалась насчёт происхождения волчонка. Вдруг он является приманкой хитрых скотоводов? К тому же в степи никогда ещё не держали дома волков, те охотники, которые весной приезжали и искали норы и вытаскивали оттуда волчат, а затем увозили их, сразу же у своих юрт подбрасывали их высоко и отправляли к Тэнгри. И когда волчицы возвращались к своим разорённым норам, они могли учуять направление, куда увезли волчат, а потом даже находили зарытые трупы без шкур. Но неужели настолько ненавидящие волков люди могут растить волчонка?
Волки также могли рассудить, что эта маленькая штука, издающая такие звуки, не есть волк, а может быть собакой. Волки часто видели в степи Элунь охотников с ружьями, одетых в зелёную маскировочную одежду, которые брали с собой больших собак, с очень похожими на волчьи ушами, и этих собак они вполне могли научить волчьему вою. Те собаки намного более свирепы, чем местные, каждый год несколько волков бывают загрызены ими. Скорее всего, этот умеющий выть по-волчьи маленький хулиган и является щенком такой «собаки с волчьими ушами».
Волки полностью погрузились в молчание.
В тихой и спокойной степи только привязанный цепью волчонок протяжно выл, выл изо всех сил. Но его долгий вой только ещё больше повергал в сомнение волков. Волки больше не пытались производить никаких выяснений и больше не обращали внимания на его горькие взывания о помощи. В этот раз диалог между волчонком и стаей окончился неудачей.