— Вы, отец, не сердитесь, мы лучше, когда вернёмся, придумаем противоядие.
Но старик очень переживал.
— Почему здесь не было видно Даоэрцзи? Я думаю, что он с людьми пошёл на северную байбачью гору. У них есть машина, они двигаются быстро, всегда успевают перед нашим носом. Пошли скорей!
И две лошади поскакали к северной горе, они проехали несколько крутых склонов и увидели большой горный хребет на территории внешней Монголии, у подножия этого хребта и проходила государственная граница.
Старик показал на дальние горы и произнёс:
— Раньше можно было ходить туда за байбаками, а сейчас обстановка напряжённая, нельзя. Сейчас комаров мало, волки наверняка туда ушли охотиться. Волки понимают ситуацию, Даоэрцзи тоже.
— А пограничники их не трогают? — спросил Чень Чжэнь.
— Там гор много, и пограничникам тоже нелегко их обнаружить. Если и найдут, то их машину, но самое большое — это скажут несколько фраз, и ладно, — сказал старик.
Когда они уже почти приблизились к маленькой байбачьей горе, вдруг изнутри гор услышали звуки «бах, бах», но не похожие на звуки выстрелов и на взрывы петард, и после этого снова стало тихо. Старик снова вздохнул и произнёс:
— Офицеры армейского корпуса избрали Даоэрцзи своим компаньоном по охоте на волков. Где волки, там, значит, и он. Даже в самое последнее место, спокойное для волков, — он и сюда пришёл.
Они поскакали вперёд, из ущелья выезжал военный джип. Они остановили лошадей, джип тоже притормозили перед ними, в машине сидели два метких офицера и Даоэрцзи. Офицер Сюй вышел из машины, Даоэрцзи сидел сзади, у него в ногах валялся грязный в крови мешок, сзади в машине стоял открытый ящик. Взгляд старика сразу привлекло оружие, которое держал офицер Ба. Чень Чжэнь сразу узнал автоматическую винтовку, старик никогда не видел такого диковинного оружия и всё время смотрел на неё.
Офицеры поздоровались со стариком, офицер Ба спросил:
— Вы тоже идёте бить байбаков? Не ходите, я подарю вам двух.
Старик удивился:
— Почему не ходить?
— Те, которые были снаружи — я всех поубивал, а те, которые внутри, не смеют вылезти, — ответил офицер Ба.
— Что это за штука у тебя в руках? Ствол почему такой длинный? — спросил старик.
— Это оружие для охоты за утками и прочей дичью, и патроны длинные, как палочки для еды, очень удобно бить байбаков. Калибр маленький, не портит шкуры, посмотри… — ответил офицер Ба.
Чтобы показать старику действие винтовки, Ба вылез из машины, посмотрел вокруг. В двадцати метрах на склоне он увидел суслика, который стоял у своей норки и пищал. Офицер Ба прицелился, выстрелил и пробил суслику голову, тот упал около норки. Старик задрожал всем телом.
Офицер Сюй засмеялся:
— Волки все убежали за границу. Сегодня Даоэрцзи привёл нас сюда, мы долго охотились, но не видели ни одного волка. Хорошо, что взяли эту винтовку, побили немало байбаков. Здешние байбаки очень глупые, к нему подойдёшь на пятнадцать шагов, он и то не убегает в нору, ждёт, когда его застрелят.
Даоэрцзи с притворным вздохом сказал:
— Эти два офицера с пятидесяти метров пробивают байбаку голову, мы по дороге, как видим, сразу же стреляем. Это намного быстрее, чем ставить ловушки.
Джип уехал, оставляя за собой клубы пыли. Старик Билиг стоял в оцепенении, как будто он сейчас был не здесь, в привычной для него осенней степи. Возможно, он вспоминал эту удобную и лёгкую длинноствольную винтовку. Прошло всего чуть больше месяца, а появилось так много ужасных людей со страшным оружием, с новыми оборудованием и методами вторжения в степь, что старик уже совсем ничего не понимал. Когда джип скрылся из глаз, старик развернул лошадь, не говоря ни слова, ослабил поводья и предоставил лошади самой идти к дому.
Чень Чжэнь медленно шёл рядом со стариком. Он думал о том что, император в конце века сильно страдал, но в конце этого века старик скотовод страдает ещё больше. Исчезновение первобытной степи, существовавшей десять тысяч лет, больнее для людей, чем исчезновение династий, существовавших сотни и тысячи лет. Тело старика вдруг обмякло, как будто это его только что прострелили из этой маленькой длинноствольной винтовки, он стал меньше наполовину, крупные слёзы текли по его щекам, высыхая потом на солнце.
Чень Чжэнь даже не знал, как он может помочь старику, залечить его душевную рану. Они немного проехали молча, и Чень Чжэнь, заикаясь, сказал:
— Отец, в этом году трава выросла очень хорошая… степь Элунь такая красивая… а в будущем году, возможно…
Старик металлическим голосом ответил:
— Будущий год? В будущем году не знаю, что ещё может случиться… Раньше даже слепые старики и то видели красоту степи, а сейчас степь обезобразили. Если я ослепну, будет и то лучше, чтобы не видеть, во что она превращается…