Эта история надолго сохранилась в памяти Чень Чжэня. Тогда Чень Чжэнь, чем дальше, тем больше интересующийся волками, ещё услышав и эту историю, сев на лошадь и проскакав несколько десятков ли, нашёл эту каменную овчарню, внимательно там всё осмотрел, но так и не прояснил, каким образом волки могли забраться в овчарню. Чень Чжэнь также нашёл старика Цылэйдаоэрцзи. Старик сказал, что не знает, который из его бездельников-сыновей обидел Тэнгри, но тот послал на него наказание, так что до сих пор люди его ругают. Но один из младших его сыновей, поступивший в среднюю школу, сказал, что причиной происшествия на их участке является нарушение производственных правил. В то время в степи Элунь ещё не было каменных овчарен, высшие руководители для экономии сократили трудовые единицы ночных сторожей, охраняющих скот. Чтобы обеспечить безопасность овец перед оказанием ветеринарной помощи при окоте, на нескольких участках пастбищ организовали построение каменных оград. Руководство считало, что если есть каменные ограждения, то волки не проникнут внутрь, и, следовательно, пастухам не нужно дежурить ночью, то есть каждую ночь они могут спокойно спать. В те дни семья старика Цылэйдаоэрцзи каждый вечер наглухо закрывала ворота и никто не дежурил в овчарне по ночам. Старик сказал, что в ту ночь он слышал, что собаки лаяли не как обычно, словно пришло много волков, но раз руководство сказало не дежурить, значит, так тому и быть, и он не вышел посмотреть, в чём дело. Откуда он мог подумать, что утром, как откроет ворота овчарни, то увидит там кучу мёртвых овец. Внутри овчарни весь пол был залит кровью, слой толщиной в два пальца, даже стены все были забрызганы. У каждой убитой овцы на горле виднелись четыре кровавых отверстия от клыков, кровь даже выливалась наружу из помещения. Также волки оставили много своего помёта… Потом руководство изменило производственные правила, велело привлечь людей из соседних монгольских юрт для дежурства по ночам и выделить для этого дополнительные трудоединицы. За эти годы овчарен с каменными ограждениями стало больше, люди там дежурили по ночам, но больше подобного происшествия не случалось.
Чень Чжэнь не успокоился, снова опросил множество пастухов, и все, независимо от того, женщина или мужчина, старый или молодой, говорили, что волки умеют летать. Или так: это именно умершие волки, а их души улетают, возвращаются к Тэнгри.
Потом начальник отделения милиции Халабала после проверки руководством сомона был восстановлен на прежней должности. Чень Чжэнь поспешно, взяв с собой хороших пекинских сигарет, пошёл к нему домой навестить его и прояснить, каким же образом волки «перелетели» через каменный забор. Начальник Халабала прошёл специальную подготовку в школе общественной безопасности Внутренней Монголии и свободно говорил по-китайски. Он сказал, что это дело уже давно закрыто, что, к сожалению, его научные заключения в степи не выдерживают критики, подавляющее большинство пастухов изначально ему не верят, они убеждены, что волки умеют летать. Только некоторых наиболее культурных и опытных охотников удалось убедить. Халабала смеялся:
— Если говорить с точки зрения уважения к национальным верованиям и обычаям, то волки проникли в овчарню, перелетев через ограду, и это тоже нельзя признать полностью ошибочным, потому что волки минимальный участок пути провели в воздухе. В тот день все пастухи на этом производственном участке пришли в смятение, все считали, что Тэнгри рассердился и послал на степь Элунь большое бедствие. Погонщики бросили лошадей в горах и все прибежали сюда смотреть на случившееся. Старики и женщины, стоя на коленях, отвешивали земные поклоны Тэнгри. Дети даже боялись плакать, страшась гнева и физического наказания со стороны взрослых. Руководитель пастбищ Улицзи боялся, что всё это отразится на производстве, и очень волновался, отдал мне строгое приказание, что дело необходимо раскрыть за два дня. Я начал организовывать всех руководителей участков, велел им обеспечить охрану вверенных им рабочих мест. Но место происшествия уже было испорчено. Земля за каменным забором, где можно было бы обнаружить какие-либо следы, уже была истоптана овцами и людьми. Мне только оставалось с помощью увеличительного стекла по сантиметру обследовать следы на стене. В конце концов я всё же на северо-восточном углу стены обнаружил неясный кровавый отпечаток когтей двух волчьих лап. Это и был ключ к разгадке. Ты догадайся, как волки проникли за забор?