– Ничего, я сам не в себе. Кстати, я сегодня целый день размышлял, как в нас проявляется эта мутация.
– Может мы будем мутировать, когда сердимся? Как в фильме про Халка… Ну, зеленый такой чувак, всех громил.
– Не думаю… Сегодня я проснулся с утра, а у меня руки были огромные с когтями. Во сне же я не сердился. Ту что-то другое… Понять бы…
– А вдруг мы мутируем и больше никогда не станем людьми? Я не хочу стать монстром, как те, которых мы видели.
– Кто ж хочет? Но профессор, если, конечно, ему можно верить, говорит, что у нас все происходит совершенно иначе, чем у первых подопытных.
– Фу, как ужасно звучит – «подопытные». Как лабораторные мыши.
– В любом случае, мы должны как можно быстрее понять, как это все в нас действует, на что мы способны и можем ли мы это контролировать.
– Как там твоя мадам, кстати?
– Какая мадам?
– Анастасия. Как продвигается флирт? Или монстр ее больше не интересует?
– Знаешь, я быстро понял, что она такая же фанатка, как и эти все, кто тут работает. Она бы не выпустила меня ни при каких условиях. Так что я ее послал куда подальше и не хочу даже думать о том, чтобы снова пытаться использовать ее для побега.
Катя вдруг поняла, что сидит на кровати и довольно улыбается, глядя прямо перед собой. Чувствуя, что краснеет, она невольно запаниковала – а вдруг Андрей может читать ее мысли и догадается, что у нее к нему есть чувства.
– Вот же ж блин блинский! – вслух произнесла она. – Это будет довольно неудобненько.
На минуту она представила, что было бы, если бы все люди могли читать мысли друг друга.
– Катя, ты еще здесь?
– Ага.
– Тебе профессор говорил, что нас завтра куда-то повезут?
– Да, вот только не особо объяснил, зачем. Лишь намекнул, что Светка с Игорем тут остаются и если мы не будем слушаться, то им кранты.
– Уроды! Но, с другой стороны, если мы не сбежим, то вообще никаких шансов на свободу не будет.
– Я думала об этом. Давай притворимся, что мы покорились и решили с ними сотрудничать. Посмотрим, что за испытание для нас эти нелюди завтра придумали.
– Ты права. Будем наблюдать и оценивать возможности для побега. Вот только главное не переусердствовать с покорностью. Профессор может и клюнет на нашу хитрость, а вот второй, который в форме… Тот стрелянный воробей.
– Будем осторожны. Теперь мы можем мысленно общаться, а они об этом не знают. Кстати, а ты мои мысли читать можешь?
– Нет, а что?
– Да так, просто спросила…
С облегчением выдохнув, Катя встала с кровати и, словно зверь в клетке, стала ходить из угла в угол. Мысли были сумбурными. Ее тревожила завтрашняя поездка, какие-то нехорошие предчувствия бились в груди, вместе с сердцем. До нее вдруг дошло, что если они не оправдают ожиданий, то их просто убьют. А вдруг Света и Игорь уже мертвы? Вдруг с ними случилось то же, что и с Ромой, а профессор скрывает от них это?
Тихонько заскулив, Катя опустилась на пол, спиной к стене, прижав к груди колени.
Смерть…Повсюду смерть и опасность… Нужно бежать… Бежать…
Внезапно она почувствовала небывалый прилив сил и уже знакомое ощущение наполняемости тела чем-то чужеродным, но не страшным. Проведя языком по зубам, поняла, что он стал длиннее, зубы крупнее, да и лицо ее словно вытянулось в районе челюсти. Боли не было, просто кости черепа вдруг стали мягкими и податливыми, словно пластилин. Кожа с точностью до наоборот стала грубеть на глазах, покрываясь небольшими, плотно прилегающими друг к другу твердыми чешуйками серого и черного цвета. Вытянув вперед руку, Катя совершенно спокойно наблюдала, как она становиться мощнее и рельефнее из-за мышц, а ногти на руках удлиняются и слегка загибаются.
Бежать… Нужно бежать… Убить врага… Бежать…
Профессор совместно с полковником посадили Катю с Андреем в грузовик, предварительно нацепив на них наручники. Со стороны казалось, что пленники молча едут, уставившись в одну точку, что очень беспокоило Терлеева, который безуспешно пытался вывести их на разговор.
– Андрюха, я вчера попыталась активировать мутацию самостоятельно.
– И как, получилось?
– Наполовину. И ты знаешь, это было уже не страшно и не больно.