- Это Гиппогриф, – говорит наконец Хагрид, показывая рукой на животное, которое мордой и крыльями напоминает большую птицу, а задницей…
В общем, неважно.
Гермиона, наверное, чтобы хоть как-то отвязаться от Уизли, поднимает руку и спрашивает:
- Как его зовут?
- Его зовут Клювокрыл.
Не самое оригинальное имечко, надо признать.
Гермиона не сводит глаз с гарцующего за спиной Хагрида существа. Римус, конечно, тоже. Осанка и хищный взгляд – вот что ценно. В какой-то момент Грейнджер понимает, что зверь на неё смотрит. Этот зрительный контакт не скрыть от вездесущего Забини:
- Грейнджер, вот твой брат-близнец! Посмотри только! Вы бы неплохо поладили, если бы у него была твоя рожа вместо клюва!
- Заткнись! Лучше не выводи меня! – Рональд с гордой осанкой демонстрирует кулак, увенчанный парой царапин.
- Успокоились все! – Хагрид сразу кидается к гиппогрифу, чтоб тот не вышел из себя. Уж Хагрид-то знает, как легко это можно устроить. – Напугаете!
- Трусливые твари должны держаться вместе – это закон! – поддерживает товарища Крэбб.
Другие Слизеринцы радостно хлопают, примечая такую «классную» шутку.
- Это вы о своём факультете что ли? – Драко метко иронизирует.
И Люпин невольно улыбается, вспоминая, какие перепалки и даже драки у него случались с его папочкой – во времена учебы Римус и Люциус не особенно ладили.
- Пасть закрой, магглоусыновленный! – Забини снова готов лезть на амбразуру.
Римус видит, что Гарри Поттер храбро встаёт между Малфоем и Забини.
- Мы продолжим после уроков – попробуй отказаться, чертов предатель крови!
Так спалиться – это надо уметь. Римус разочарованно качает головой – вот что делает с людьми несдержанность и импульсивность. Ярость и гнев, направленные на другого, в итоге, к таким, как Забини, возвратятся в тройном размере.
- Если вы не замолкните, то я вынужден буду пригласить сюда директора и объявить, что вы сорвали урок! – гаркает Хагрид так, что птицы, сидящие на ветвях деревьев, вспархивают, тревожно перекликаясь. Эхо прокатывается по всей округе. – Тебе ясно, Забини?
Слизеринец только фыркает.
Скормленная Клювокрылу заячья тушка немного сглаживает острые углы. Но вот Римус напрягается всё больше, и понимает, что надо уходить отсюда, пока он не озверел и не набросился на такую дармовую добычу. Когда студенты затихают, Хагрид прокашливается и продолжает рассказ:
- Гиппогрифы – существа очень гордые и себялюбивые. Однако, если он вас признает, что маловероятно, но всё же, то имейте в виду – будет стоять горой всегда и всюду.
- Хагрид, можно к нему подойти? – Гарри Поттер решительно подаёт голос.
Очевидно, надеется, что дополнительные очки Гриффиндору за инициативу не повредят. Римус про себя отмечает, что Поттер не такой и аутист, как про него некоторые рассказывают, и продолжает сидеть в импровизированной засаде.
- Не знаю, Гарри, – говорит великан, оглядываясь.
- Ты чего? – спрашивает мальчишка, подзывая великана поближе.
Римус на мгновение пугается, что его могли заметить.
- Да вишь, Гарри, какое дело-то… проверки ведь шныряют… мне ж по правилам нельзя его даже отвязывать было… а уж намордник снимать и кормить при вас…
Люпин облегченно выдыхает. Но он вынужден наклониться, совсем чуть-чуть, так, чтобы слышать их разговор – всё же волчий слух никогда не поводит.
- Думаешь, что могут прийти с проверкой?
Римус уже понимает, что не стоило Хагриду так импровизировать и давать весьма опасному существу столько воли. Студенты начинают гудеть, как улей потревоженных пчел. Зверь сильно нервничает, и Римус отлично это улавливает – они же почти одной крови! В обычных условиях голодный оборотень бы давно мог напасть на одинокого и молодого гиппогрифа, но у того есть один веский аргумент – это клюв. А ещё крылья.
- Хагрид, хорош нас дразнить! – подхватывает и Рон. – Если уж ты его привел, то давай, покажи, как с ним совладать!
Это кто кого ещё здесь дразнит!
Римус едва не падает с ветки от негодования на самого себя.
Черт его дёрнул залезть сюда!
Лесничий стоит в задумчивости. Гиппогриф продолжает нервно прохаживаться за его спиной и бить передними копытами. Римус знает, что рано или поздно, но его почуют – запах оборотней почти все обитатели лесов успевают изучить почти сразу. Он сильный. И оттого охота на зверей становится все более затруднительной.