- А кто тебе всё это рассказал, кстати?
- Птичка на хвосте принесла.
- Таким птичкам самое место в клетках, – говорит Корбан, морщась от боли в плече при движениях. – Люциуса убью к чертям собачьим!
- Значит, он решил таким образом избавиться от МакГонагалл?
- Да, если всё так, как он мне тогда сказал – то да.
- А ты зачем стал ему помогать?
- Дух авантюризма, наверное, – пожимает плечами Яксли. – Какого ещё ответа ты ждешь?!
- Тебе всё денег мало? – догадывается Боунз.
- Плевать мне на деньги, – Яксли разминает пострадавшую руку. – Я за справедливость.
- Неужели? Яксли, кому ты очки втираешь?
- Ты собираешься что-нибудь делать с Ранкорном, который меня едва не угробил?
- Кстати, о Ранкорне, – заговаривает после паузы Амелия. – У меня для тебя новости. Коуди отказывается писать заявление.
- Да мне с высокой колокольни на него и на его писульки, – произносит Яксли. – Этот Коуди – щенок за спиной у папочки! Всё, что он может – тявкать. Меня интересует Ранкорн. Который, заметь, применил немагическое оружие против мага! Ты хочешь сказать, что он уйдёт безнаказанным?
- Палочки он уже лишился. Работы тоже.
- Мне этого мало! – Яксли сжимает кулаки.
- Если бы не Ранкорн, то ты бы был уже казнен, – говорит Амелия сурово. – Понимаешь, что могло произойти? Ты бы убил сына Фаджа…
- А если бы Ранкорн убил меня?! – лицо мужчины искажается животной гримасой ненависти.
- Вот об этом и нужно было подумать, прежде чем…
- Давай без нравоучений! – Яксли останавливает Амелию, с силой хватая её за запястье. – Тебе, конечно же, с высоты визенггамотской кафедры судить проще.
- Ошибаешься. И, между прочим, если бы ты не сумел убедить всех, что на тебя было наложено «Империо», то мы бы сейчас тоже не разговаривали…
Амелия морщится и вырывает руку из пальцев бывшего мужа. Она возобновляет шаг, поправляя мантию и снова смотря на циферблат.
- Но на меня на самом деле было наложено заклятие! – орёт, не стесняясь никого, Яксли. – Сука-Амбридж манипулирует мной!
- Ты сам ей позволил…
- Гениально, чёрт возьми! – рычит взбешенный Яксли. – Я сам ей позволил?!
- А ты хочешь меня сейчас убедить, что всё не так?
- Ты знаешь, как, – Корбан нервно засовывает руку в карман и, вытаскивая оттуда вместо портсигара какие-то давнишние чеки, рвёт их на кусочки, и швыряет на пол. – Ты всё прекрасно знаешь. Не надо строить и себя святую невинность.
Амелия резко замедляет шаг – они почти подходят к залу для заседаний срочных комиссий по делам магического мира, – а затем и вовсе останавливается. И смотрит на Корбана внимательным взглядом. Словно гипнотизёр считывает информацию.
- Назови хоть одну причину.
- Я даже две назову, – он предельно серьёзен, и от этого Амелии вдруг становится страшно. – И у тебя эти «причины» всегда во внутреннем левом кармане лежат…
- Корбан, мы договаривались с тобой, что не будем касаться этой темы!
- Амелия, – Яксли выражает ей уважение, тоже называя по имени. – Я бы и рад, но никуда не денешься – родственные связи, знаешь ли, тот ещё якорь.
- Так, всё, – она резко отстраняется. – Хватит с меня.
- За десять лет ничего не изменилось, – вздыхает Яксли. – Я так и знал.
- А что может измениться, если ты – всё тот же Пожиратель смерти до мозга костей? – шипит, глядя ему в глаза, Амелия. – Ну, скажи мне: что могло бы измениться?
- Хотя бы то, что Дэнни все эти годы была в безопасности.
- Вот именно, что была! – взрывается Амелия.
- Скажи спасибо, что имен наших с тобой внуков нет в списках на контроле у комиссии Амбридж!
- Она не посмеет их тронуть!
- Я тоже так думал, – говорит Яксли. – Но ошибался.
- Они же сквибы! Кому они могут навредить?!
- По мнению Амбридж, ещё как могут.
- Я тебе не верю!
- Проще всего зарывать голову в песок!
- И ты это мне говоришь?! – горько усмехается Боунз. – Ты же почти не видишься с ними. Тебе наплевать.
- О, моя дорогая. – Яксли качает головой, поджимая обветренные губы. – Возможно, что я, даже не видясь, делаю для них больше, чем вы все вместе взятые, что постоянно трясетесь из-за любого пустяка.
- Не говори мне больше ни слова, – Амелия круто разворачивается и направляется в зал. – И сделай милость: не мешай расследованию аврората!
- Флаг в руки, барабан на шею! Если это ваше расследование не даст убытков больше, чем пользы, то…
Яксли растягивает губы в ехидной усмешке, когда Амелия, отреагировав на его последнюю реплику, возвращается. Какое-то время они буравят друг друга не самым дружелюбным взглядом, при этом, Корбану это нравится – по нему видно, что он получает удовольствие, выводя других из себя. И он как никто знает, что Амелия Боунз больше всего ненавидит иронию по отношению к органам охраны правопорядка. Но Яксли прекрасно знает почти все их слабые стороны, ведь будучи Пожирателем, он не раз сталкивался с аврорами нос к носу – потому, как он сам считает, – может позволить себе сыронизировать насчет расторопности и профессионализма тех, кто должен быть всегда на десять шагов впереди врага.