- Не знаю, в курсе ли ты последних новостей, Майкнер, – Дамблдор проходится по камере, – но случилось то, чего никто не мог ожидать. Тот-кого-не-стоит-называть вернулся. И я, как видишь, пришёл к тебе за ответами. Это вовсе не дешёвая попытка на бартер, как ты мог бы подумать…
Майкнер медленно поднимает глаза, по-прежнему сидя и не двигаясь.
- Глупо бравировать и говорить, что у меня есть план, – Дамблдор закладывает руки за спину, а Грюм тем временем держит Пожирателя на мушке, направляя на того палочку. – Хотя, некоторые мысли меня посещали. И ты сыграл в их утверждении не последнюю роль. Мы могли бы пригодиться друг другу…
Майкнер всё ещё молчит. Он смотрит как затравленный зверь, готовый в любой момент либо броситься на врага и умереть в неравном бою, либо… сбежать далеко и надолго, чтоб никто никогда его не нашел.
- Разговаривать-то умеешь? – Грюму не нравится столь апатичная реакция Майкнера. – Ну-ка, открывай рот, я тебе прополощу, если забился каким-нибудь дерь…
Аластор! – Дамблдор неодобрительно качает головой.
- Я не понимаю, чего ты с ним сюсюкаешься?! – Грюм в негодовании прожигает Альбуса взглядом. – Моё чудо-око видит то, чего не видят твои замутненные воспоминаниями из прошлого глаза!
- Даже если так. – Дамблдор продолжает гнуть свою линию. – Я уверен, что разговор по душам нам сейчас больше принесет пользы, чем оскорбления и унижения.
- Выкладывай свой план, Альбус! – в нетерпении выкрикивает Грюм.
- Ты вел дело о чудом спасшейся девочке, помнишь? Твоя выпускная работа перед поступлением в аврорат была посвящена ей.
- Допустим, но…
- Что с ней стало?
- А что может стать после такой тяжелейшей психологической травмы?! – рыкает Грюм, не сводя с Майкнера палочку. – Свихнулась она! Теперь вместо магического образования получает лекарства в маггловских клиниках!
- У тебя есть её фото? – Дамблдор будто издевается.
- Альбус, Мерлин тебя поимей! Зачем?!
- Я знаю, что ты носишь с собой небольшое портфолио, так это называется у магглов… верно? Покажи мне.
Аластор не решается отвести кончик палочки от лба Майкнера, пошевелившегося, видимо, уставшего сидеть в одной и той же позе. Дамблдору приходится снова объяснить, что он, Грюм, совершенно не так истолковывает ситуацию, но скоро всё прояснится.
- Тебя ведь не подвергали заклятию «Обливиэйт», Майкнер? – Дамблдор вскоре берётся за клочок старой колдографии и наклоняется к Пожирателю. – Узнаёшь её?
- У него же все эмоции одинаковые! – Грюм отпинывает от себя съехавший со шконки матрас. – Альбус!
Однако, удивлению и даже несвойственному для Грюма шоку нет предела, когда Майкнер буквально зубами готов выдирать у Дамблдора этот несчастный и без того сильно порванный кусок матовой бумаги.
- Напомни мне, Майкнер, каково было условие от Тёмного Лорда, когда ты пошёл на дело вместе с Беллатрисой Лестрейндж?
Уолден всё равно молчит. Видимо, отвык уже говорить.
- Девчонка – полукровка! – бросает Грюм. – С похожей фамилией… Погоди, Альбус… значит, когда всё случилось… и когда Беллатриса… зашвырнула заклятие в тот дом…
- Да, – кивает Дамблдор, отдавая заключенному колдофото. – Она убила в ту ночь её мать. Но вмешался Майкнер. Там и обои и взяли наши авроры.
- Она – его дочь?! – выпаливает Грюм, наконец-то понявший, чем именно Альбус собирается «убеждать» Майкнера.
Глава 10. Фенрир Сивый и разбор полетов
На заснеженной крыше два человека,
Сидящие рядом, уснуть не могли.
Снег засыпал им легкие — они еле дышат,
Но всё ещё верят в силы Земли.
Два человека, оставшихся вместе,
На скользкой дороге в последнем пути
Боятся сознаться заснеженной крыше,
Что шагнуть просто вниз — это значит уйти.
Два человека, лежащие в морге,
Шагнули и скрылись в пепельной мгле.
На заснеженной крыше следы их остались,
Но пороша, увы, заметет, как во сне…
(Чудинка)
2003 год. Окрестности Хогвартса. Хогсмид
Корнелиус Фадж вдыхает полной грудью, едва его карета останавливается возле небольшого красивого бара, расположенного в одном из оживленнейших посёлков эльфов во время учебного года – в «Трёх метлах» очень уютно. Во всяком случае, когда Фаджу нужно отдохнуть от свалившейся на него кропотливой и требующей предельной твёрдости работы, Розмета Голдстрейн всегда готова прийти на выручку.