Фадж теперь редко бывает у неё, и мужчине становится стыдно – когда-то они были довольно близки. Но чем больше времени проходит – тем больше, как правило, разногласий и недомолвок. И несмотря на то, что Розмета является крестной его сыну, Фадж ловит себя на мысли, что доверять ей всё и вся опасно, хотя бы потому, что она до сих пор общается с Альбертом Ранкорном. Без Амбридж Корнелиус не находит себе места – он знает, что с ней было плохо, но вот без неё – во сто крат хуже. Как ни прискорбно признавать, но мужчина всё чаще приходит к выводу, что без Долорес у него нет никакой уверенности в завтрашнем дне.
- Корнелиус? – Розмета – обычно улыбчивая и радушная – выглядывает из-за дверей, запертых на три замка, и сверлит министра недовольным взглядом. – Что ты здесь делаешь?
- Хороший вопрос, – усмехается мужчина, снимая свой черный котелок и прося разрешения войти. – Что с тобой? Сама на себя не похожа, Роз.
- Со мной-то что? – женщина разводит руками. – Всё в порядке.
Фадж недоверчиво косится на неё.
- А вот что с тобой я до сих пор не могу понять: то ли ты устал, то ли просто прикидываешься!
- Так и будем в проходе стоять? – осведомляется, нахмурившись, Фадж.
Розмета ходит из угла в угол – в баре нет посетителей. Все окна закрыты ставнями. Света по минимуму. Фадж недоуменно оглядывает помещение: он так давно не был здесь, что, кажется, будто и обстановка поменялась. Наконец, когда Розмета соображает усадить гостя в кресло на втором этаже, в гостевой, Корнелиус сбрасывает с себя маску непроницаемости. Он спрашивает, что же такого могло случиться, на что получает ответ не самый ласковый. Розмета злится из-за того, что он не проявляет должного участия к её заведению, занятый только Министерством и его нуждами. Но Фадж уже после нескольких минут её непрерывных обвинений замечает, что всё это – напускное. И на самом-то деле Голдстрейн старательно «уводит» его от куда более важной темы.
- Ты чего закрылась от света белого?
- Так безопаснее.
- Ты напугана? – удивляется Фадж. – Роз, я тебя не первый день знаю – если уж ты начала бояться вампиров, то…
- Не нужно шуток сейчас, Корнелиус!
Мужчина становится серьезным.
- Не забыл, что здесь повсюду леса? Шаг влево – шаг вправо – и ты уже в чащобе? Почему ты не приедешь с бригадой и не вырубишь всё здесь?!
- Роз, дорогая, – мнётся Фадж. – Лес за несколько миль. Не выдумывай. И к тому же, Департаменту по охране редких видов и территорий явно не понравится, если мы будем вырубать леса просто для того, чтобы…
- Чтобы не привлекать охотников и оборотней, – Розмета подаётся вперед и заглядывает в глаза Фаджу. – Все печатные издания сейчас пестрят новостями о расплодившихся тварях, которым уже мало дичи в лесах. Теперь их добыча – исключительно люди.
- Не знаю, с чего ты всё это взяла, но не будем драматизировать, ладно? – нервно усмехается Фадж. – По заявлениям работников из Центра исследований они всех оборотней и прочих опасных существ держат в специальных клетках, со специальными маячками…
- Чем они там занимаются? Ты знаешь?!
- Ты совсем не выходишь отсюда? – Корнелиус видит стопку старых газет на столике. – Может, ты и права. Сумасшествие какое-то, ей-богу. Не там, так тут – беспределы.
- Это правда? – глухим голосом интересуется Розмета, указывая на скандальную статью в «Пророке» о том, что «эксперименты до добра не доводят, и даже ради благой будущей цели нельзя подвергать риску настоящее, в котором живут сотни тысяч волшебников и даже магглов». – Он и правда сбежал?
- Да, сбежал, – кивает удручённый Фадж. – Чёрт их разберёт, исследователей этих. Обещали, что всё пройдёт гладко, но…
- Корнелиус, – сглатывает Розмета. – Если уж МЦИОС не может сдерживать их, то что нам пытаться?
Фадж снова бросает взгляд на длинный заголовок: «Сбежала особо опасная особь! Ликан, выращенный в неволе, по ужасному стечению обстоятельств вырвался из стальных цепей, и теперь только от времени зависит его пробуждающаяся сила! Будьте бдительны – не выходите из дома в тёмное время суток и особенно – в полнолуние!» Внизу красуется колдография, изображающая превращение человека в оборотня.
- Все отделы уже на ногах – ликана загонят обратно в клетку. Вот увидишь.
- А если не загонят?!
Фаджу становится не по себе – Розмета и правда сильно напугана.
- Что это за ликан? Какая разница между ним и другими оборотнями? Почему именно ему удалось вырваться? И куда он теперь? – сыплет вопросами Розмета. – Я по твоему лицу вижу, что ты что-то знаешь! Только не хочешь говорить!