Нимфадоре хочется хоть как-то утешить его, сделать так, чтоб он на некоторое время забыл об ужасном чувстве вины, но стоит ей только заговорить об этом – Грюм уходит в себя, закрывается в комнате и начинает пить. Утром после пьянки его невозможно поднять с кровати и отправить на работу. Спрашивать о том, что случилось с его дочерью, Нимфадоре и вовсе неприятно и страшно: знать о том, что пятнадцатилетняя девочка тоже, возможно, погибла, и теперь у некогда весёлого, жизнерадостного и симпатичного Аластора Грюма лишь две урны с прахом – не каждый выдержит. Однако, не понять его страданий тому, кто не терял близких. А вот Нимфадора Тонкс теряла…
- Давай, заноси! – двери с грохотом открывается. Нимфадора бегом кидается к плите. Заодно прислушиваясь. – Держи, аккуратнее! Давай!
Грюм, судя по всему, заходит последним. Незнакомые голоса стихают, когда он отсыпает им горсть золотых. Грузчики благодарят, а Грюм только фыркает. Нимфадора еле удерживается от того, чтобы не выскочить в прихожую и не глянуть, что же такого он приволок. Наконец, двери закрыты, а Грюм проходит в кухню и укоризненно качает головой, видя, что ужин снова будет поздно: Тонкс ещё только режет картофель и поджаривает куриные грудки.
- Ты давай-ка, ускорься! – Грюм достаёт из шкафчика бутылку огневиски.
- А что за повод? – хмурится Нимфадора.
- Гость будет, – загадочно улыбается Грюм, плеская в стакан глоток. – Я с ним насчет тебя и потолкую. Всё ещё рвёшься в Аврорат?
- Ну, вообще-то да, – заминается Нимфадора. – Только не говори мне, что это…
- Нет, для тебя пассия невыгодная, – Грюм хохочет, понимая, куда она клонит. – Староват. Дедулька. Но ещё может дать фору многим молодым коблам. В плане использования магической силы и потенциала, конечно.
- Я его знаю?
- О, ещё как! – Грюм снова опустошает стакан. – Ладно, откроешь ему, а у меня дельце есть…
Нимфадора, вся заинтригованная, продолжает готовку, пока не слышит, как матерится Грюм, взявшийся тащить огромный сундучище в комнату без волшебной палочки. Она пытается помочь, но только оторвать это «чудо» от пола не под силу им даже вдвоём.
- Что там? – Нимфадора, запыхавшись, оглядывает сундук. – Откуда?
- Так я всё и выложил, – Грюм усаживается сверху на крышку. – Это важный груз. Спецзадание от Дамблдора. Который вот-вот будет.
- Дамблдор? – изумляется Тонкс. – Здесь? Сейчас? Зачем?
- Ты лучше не задавай вопросов, а иди стол накрывать!
- Это нечестно! – Нимфадора вся вспыхивает. – Я имею право знать, что это за ерунда такая!
- Сказал бы я, на что ты здесь имеешь право, но обижать не хочется. – Грюм смотрит сурово. – Так что – ноги в руки и вперёд! К плите! Не забыла, о чем договаривались?!
- Не очень-то и хотелось, – фыркает Нимфадора, уходя.
Альбус Дамблдор прибывает вовремя – куриные грудки уже вовсю пыхтят, и хрустящая корочка трескается при надавливании. Нимфадора снимает их с огня и приправляет перцем и травами. Затем выкладывает на тарелки картофель. Дамблдор с Грюмом, взяв по порции еды и большую бутылку огневиски, зарываются в комнате для беседы. Сундук так и остаётся стоять посреди прихожей. Нимфадора ходит вокруг него словно загипнотизированная. Руки так и чешутся прикоснуться к замку, что висит посередине…
- Альбус, ты, конечно, гигант! – Аластор в очередной раз поднимает бокал. – Так оперативно всё провернул! Мне бы не додуматься!
- А что было делать? – пожимая плечами, спрашивает Дамблдор. – Иногда нам приходится играть и в такие грязные игры, сам знаешь. Остаётся надеяться, что в Азкабане доверяют моему честному слову. И будут доверять пока я всё не выясню…
- Я вот всё думаю, а если он и правда заартачиться? Придётся тогда ж… убивать. Что скажешь? Нет?
- У него сейчас есть цель. – говорит Дамблдор. – Найти дочь. И отомстить, ясное дело. Если мы грамотно подойдем к этому вопросу, то… всё будет гладко. Вот только… куда его девать пока?
- Хочешь в замке прятать? Не, Альбус, ненадёжно это. У тебя там проверки шныряют ведь. Помнишь?