— С улицы можно пролезть в окно? — спросил он управляющего, тот виновато покачал головой и развел руками:
— К превеликому сожалению, нет, очень узкие окна.
Дубовая обитая медью дверь не поддавалась. Стражники взмокли и сломали топор. Дарий готов был испепелить дверь взглядом, потому что хозяин наверняка уничтожает улики или хуже того — сводит счеты с жизнью, чтобы оборвать ниточку, ведущую к Лидии. Или у него там потайной ход? Странно его делать на втором этаже, но не невозможно.
Получается, Аллена своей выходкой навела магов на мужа, он не знал о том, что обвинители едут по ее душу, и предположил, что кто-то сдал его, и ему правильнее и безопасней уйти, ведь обмануть магов на допросе невозможно.
Наконец петли не выдержали, и дверь с грохотом опрокинулась в комнату. Первым переступил порог Дарий, готовый отражать нападение, метнулся к зеленым бархатным занавескам, где удобно прятаться, заглянул в угол между дубовым шкафом и столом — никого. Ветер ворошил пепел в камине — недавно сгоревшие бумаги. Йергос обошел просторный кабинет, остановился напротив шкафа, распахнул дверцу и проговорил:
— Бажен, ищи потайной ход.
Маг ветра тряхнул белыми кудрями, закрыл глаза, взмахнул руками и произнес:
— За портретом.
Все уставились на картину, где в полный рост изображалась полная женщина в годах с прической "гнездо вороны" и прямом коричневом платье — матушка Дзэтта Моранга. Пока Тодес и Йергос снимали картину, стоящий рядом с Дарием управляющий попятился, тряся бакенбардами:
— Я ничего не знал, клянусь…
Дарий оставил его реплику без ответа и уставился на проход, закрытый тканью, Тодес убрал занавес, и взору предстала еще одна дверь, железная. Она не была заперта заклинанием, и Дарий с Йергосом вышибли ее в два счета.
Потайной ход располагался между двумя стенами: деревянная лестница круто уходила вниз. Дарий выхватил самовозгорающийся факел, мысленно зажег его "ласковым" огнем, который надо все время подпитывать, и спустился в вырытый в земле узкий лаз. Моранг делал его под себя, и всем приходилось пригибаться. Вскоре лаз распался на три тоннеля. Обычный человек свернул бы наугад, но Бажен безошибочно определил, куда побежал Моранг. Проклятая заговоренная дверь дала ему фору и позволила уйти далеко! Он уже вылез на поверхность и непонятно куда подался!
Лаз закончился берлогой, похожей на медвежью, Дарий раздвинул древесные корни, отряхнул землю с ежика волос и отступил в сторону, выпуская остальных. Из густого, как молоко, тумана, выступали сосновые стволы, пахло свежестью и хвоей. Ясно, потайной ход вел в ближайший к замку сосняк. Скорее всего Моранг побежал в город, но следы на поляне слабели, словно купец побывал тут довольно давно. Что это? Неудачная маскировка или…
— Фантом, — уронил Дарий. — Мы пошли по ложному следу, возвращаемся и ищем еще один ход.
С каждым ударом сердца надежда найти Лидию таяла, потому что скорее всего невольников убьют, чтобы не рисковать. Если только они не в катакомбах…
— Бажен, — позвал Дарий, с трудом оборачиваясь в узком лазе. — Свяжись с нашими, спроси, что там в катакомбах? Они уже должны быть на месте.
Издали донесся голос Бажена, идущего последним:
— Выберемся, тогда. Мне нужно пространство.
Дарий мысленно выругался и чуть ли не бегом устремился вперед. Вот и деревянная лестница, кабинет Моранга, управляющий подметает деревянные крошки с пола, Аллена стоит в проеме двери, и ее бледность подчеркивается темно-синим платьем. Завидев Дария, показавшегося из лаза, она схватилась за проем и закрыла рот рукой, попятилась.
Дарий метнулся к ней, взял за руку и вытолкал в коридор, прижал к стене:
— Где может быть твой муж? Ты знала про тайный ход? — он встряхнул недавнюю любовницу. — Не вздумай лгать!
Ее тусклые глаза заблестели от навернувшихся слез, в их глубине вспыхнули, все разгораясь и разгораясь, искры гнева.
— Я ни о чем не жалею и хочу, чтобы ты, — ее красивые губы искривились полумесяцем. — Чтобы ты… Сдох.
Йергос высунул лысую голову, кивнул понимающе и спрятался. Тяжело дыша, Дарий отпустил Аллену, уперся ладонями в стену. Как ни крути, он виноват перед этой женщины, она страстная, нужно было учесть, что злость ослепит ее. Силы враз покинули Дария, и он проговорил, не глядя на женщину:
— У меня мало времени, просто слушай. Я выгнал тебя, чтоб не привязываться, потому что все, кого я люблю, умирают, такова моя расплата за магический дар. Прости, что сделал тебе больно. Мне, правда, жаль, — Дарий посмотрел на нее — Аллена старалась держаться с достоинством, но слезы уже дрожали на ресницах, а на лице читалась растерянность.