Джерминаль выронила книгу и дальше смотреть не стала. Стоило ей закрыть глаза, как возникала эта кровавая картинка. Бррр!
Она так увлеклась поиском нужной книги, что опомнилась, когда заскрипела дверь, и Кора позвала:
— Девочка моя, ты здесь?
— Да, — откликнулась Джерминаль и вышла из-за стеллажа.
Поначалу ей всегда казалось, что ее зовут, чтобы отругать, и она съеживалась, теперь не боялась и распрямила плечи.
— Я искала про питрисов. Вы что-нибудь знаете? — Джерминаль огляделась и добавила шепотом: — Ну, видели, может, дочку…
Кора тяжело вздохнула, закрыла за собой дверь и привалилась к ней спиной.
— Днем она человек, почти такая же, какой была, только… — она побледнела и приложила руку к груди — Думаешь, почему их сразу же убивают? Они когда людьми становятся, ничего не помнят, но меняются: глаза делаются желтыми, ногти грубеют, как когти, люди это видят и… жалко Манику! Хорошая девочка была, добрая, и такое горе!
— Ее укусил другой оборотень? Почему она стала такой?
— Наверно, точно не знаю. Говорят, питрисом может стать любой ребенок, когда подрастет.
Сердце Джерминаль сжалось, и она посмотрела на свои ногти, не загрубели ли они, не начали ли загибаться, как когти.
— А маги? — уронила она. — Дети-маги могут превратиться в питриса?
— Думаю, тебе это не грозит, — Кора улыбнулась и взяла Джерминаль за руку.
На ужин граф тоже не пришел, но по стуку копыт, разбудившему Джерминаль среди ночи, она поняла, что это он. Весь день искал дочь и вот, вернулся. Встала, выглянула в окно и жадно вдохнула аромат роз, переплетенный с жасмином и еще какими-то цветами. В небе висела огромная круглая луна, серебрила клумбы, отполированные бока булыжников мостовой. И почему люди боятся луны? Она ж красивая!
Сон не шел, и Джерминаль расчехлила флейту. Так хотелось сыграть что-то действительно прекрасное! Вложить красоту, и пусть мир услышит!
Усевшись на кровать, Джерминаль заиграла серебряную мелодию, растворилась в ней и полетела над миром лунным ветром, расчесала волосы ковыля, поиграла листьями берез. Вот она, свобода, вот она, радость!
Нехотя опустив флейту, Джерминаль улыбнулась. До чего же хорошо!
Некоторое время она словно спала, бодрствуя — ничего не видела и не слышала вокруг, но постепенно чувства возвращались, и она ощутила, что на нее кто-то смотрит. То есть, в запертую комнату проник кто-то еще. Джерминаль глянула на окно и оторопела: на подоконнике сидела огромная птица, окруженная серебристым ореолом. Сидела и слушала, свесив голову и повернув ее набок.
Правильнее было закричать, спрятаться, но Джерминаль не могла шевельнуться, будто бы птица, точнее питрис, околдовала ее. Она, наверное, голодная, вон, какой клювище, а когти — жуть! Как вопьются, разом кожу снимут. И глаз оранжевый светится в темноте. Птица повернула голову в другую сторону, потопталась на месте, и Джерминаль зажмурилась, ожидая смерть. Или хуже того — питрис ее клюнет, и она сама станет оборотнем.
Но в голове прошелестел женский голос: "Королева, летим со мной на Черный край! Летим, летим, летим".
Мысленно Джерминаль возопила: "Какая я тебе королева? Уходи, уходи прочь! Оставь меня, чудовище! Не приближайся! Не трогай меня!"
Наверное, питриса оглушило мыслями, сбило с подоконника, зашелестели перья, донесся хлопок, и Джерминаль увидела лишь машущий крыльями силуэт — питрис полетел прочь, на глазах превращаясь из грозного оборотня в черную точку на фоне луны.
Леденящий ужас схлынул, и Джерминаль затрясло. Все говорят, что питрисы убивают людей и что они неразумны в образе птиц. А эта говорила с ней мысленно! Или маги могут слышать и понимать оборотней, а простые люди — нет? Что такое Черный край, почему питрис назвала ее королевой?
Только Джерминаль собралась спрятаться под одеяло, как в комнату ворвался граф с голой грудью, в одних штанах, метнулся к окну и принялся гладить подоконник, где остались следы когтей. Насмотревшись на луну, он вспомнил о Джерминаль и спросил, не поворачиваясь:
— Ты видела ее?
— Да. Она прилетела, когда я начала играть.
— И не напала? — граф наконец повернулся, опершись на подоконник.
Джерминаль мотнула головой:
— Нет. Она позвала меня с собой в Черный край и назвала королевой.
— Словами? В смысле, она с тобой говорила?
Граф стоял против света, и его лица видно не было.
— Мысленно. Почему она так? Ну какая я королева? И что такое Черный край? Может, я тоже превращусь в питриса?