Волк, несмотря на приобретённые способности летать, не спешил нападать на парящего вверху демона, так как не знал, как пользоваться крыльями. Неопытность не прибавляла ему никакой пользы, противным чувством беспомощности парализуя разум. И поскольку рисковать сейчас было себе дороже, он решил ждать первых действий от Демира.
Выпущенная Верховным наружу тёмная энергия, словно сорвавшись с цепи после долгого заточения, моментально заклубилась вокруг него, постепенно обволакивая залу густым туманом и растекаясь по ней могильным холодом и мерзким, почти осязаемым ощущением близкой, как будто стоящей за спиной, смерти. От тяжёлой, гнетущей атмосферы волку стало трудно дышать, а в горле пересохло.
Режущий разряжённый воздух свист рассёк пространство под потолком. Стремительно спикировав вниз, демон резко подлетел к волчонку и со всей своей немалой демонической силой ударил его крылом в бок, лишив метким движением равновесия. От неожиданности и мощи чёткого рывка зверь отлетел от Демира на пару метров, но, перекатившись и оцарапав пол когтями, всё-таки быстро принял защитную позу. Столп пыли взвился в воздух, заставив волчонка чихнуть и потерять из виду соперника. Медлить было нельзя, поэтому на то, чтобы сориентироваться, ему понадобилось всего несколько мгновений. Поняв свой промах, волк выжидающе замер, немигающим взглядом всматриваясь в дымку, плотно, словно в сети, окутавшую всё вокруг. Совсем рядом едва заметно мелькнуло тёмное пятно, в котором волк успел заметить очертания высокой фигуры демона. Это послужило спусковым механизмом.
Метнувшись в сторону замеченного врага, волк начал действовать. Всё произошло в мгновение ока. Зверь застал Демира врасплох. Он настиг демона одним прыжком и, подставив лоб для удара, со всего размаху встретил рогами грудь растерявшегося демона. Толчок оказался такой силы, что они, сцепившись в смертельной схватке, вдвоём врезались в огромное окно, так некстати оказавшееся позади Демира. Несмотря на то, что стекло было достаточно прочным и толстым, под натиском огромного животного и демона оно не выдержало и с позорным треском лопнуло.
Алая жидкость сочилась из нанесённых длинными когтями и зубами мелких царапин и крупных ран, но её практически не было видно на такой же чёрной кладке камня. Лишь в местах, где багровые пятна пересекали красные полосы, коими украшался мерцающий антрацит, были заметны её разводы. Запах свежей крови будоражил разум окончательно озверевшего волка и подстёгивал потерявшего рассудок Демира, который ещё с первой учуянной капли забылся в азарте и сейчас действовал на инстинктах демона-охотника, не привыкшего проигрывать. Каждый из них целился в самые уязвимые места противника, но добраться до горла ни у кого из них не получалось. Удар следовал за ударом, однако силы тоже были небесконечны, и движения давались обоим со всё большим трудом. После очередного выпада, зверь перекатился со спины, возвышаясь над демоном. Как ему казалось, враг уже сдавался. Но не тут-то было. Волчонок позволил себе расслабиться всего на миг. Заметив слегка расслабившуюся хватку, Демир в ту же секунду воспользовался заминкой волка. Мгновение назад напоминающий мертвеца, которому осталось жить едва ли не пару минут, он собрал остатки стремительно покидающих тело сил и хлопнул в обезображенные до неузнаваемости ладоши. Направленные в солнечное сплетение волчонка сложенные пальцы заискрились, и, не давая ему ни малейшей возможности отреагировать и хоть как-то защититься крыльями, невидимая волна демонической энергии оттолкнула зверя с такой скоростью и силой, что он не успел моргнуть, как почувствовал под собой колючую траву, по которой катился куда-то вниз, безуспешно цепляя и вспарывая когтями землю. Она пахла выжженным деревом и казалась мёртвой. Не сумев остановиться, он стал шарить глазами в поисках демона. Рассмотреть кого-либо в калейдоскопе мельтешащих точек было сложно, и лишь на секунду волк выловил мрачный силуэт своего не поверженного врага, стоящего, скрестив руки за спиной, у разбитого окна, на раме которого, прямо над головой демона, опутавший её плющ подал ему неосуществимую идею. Окровавленное лицо Верховного украшала страшная торжествующая улыбка, которая на фоне стекающих по его вискам ручейков чёрной, как и его мёртвое нутро, крови больше напоминала оскал. Мелкие заострённые зубы наводили ужас, но волк смотрел лишь ему в глаза. Сосредоточившись, зверь сморгнул.