Интуиция незамедлительно забила тревогу, и Мелисса подняла голову, мысленно убедив себя, что ничего сверхъестественного не увидит, и приготовившись опять повстречаться взглядом с решёткой. Оттого и неожиданней стало лицезрение сидящего на корточках перед клеткой человека. Хотя на человека он был похож меньше всего.
Вскрикнув, Мелисса инстинктивно отползла в дальний тёмный угол своего пристанища, куда не попадал бледновато-жёлтый свет лампочки. Заметив её действия, неизвестный расхохотался. Но от смеха его не хотелось улыбаться или отвечать тем же. Напротив, от него лишь возрастало желание исчезнуть из этого злосчастного места. Мелкая дрожь пробежала по телу девочки. Зябко передёрнув плечами, она почувствовала, как липкий пот заструился холодком вдоль позвоночника. Стало не по себе.
А незнакомец продолжал заливисто хохотать, откинув голову назад, из-за чего чёрный капюшон, накрывающий её, упал, открывая взору Мелиссы его лицо. От увиденного у неё в ужасе расширились глаза и зашевелились волосы на голове.
Мертвецки синюшная кожа обтягивала выпирающие кости обделённого волосами черепа, подобно тонкой плёнке; такого же цвета жуткие обескровленные губы, искривлённые в злобной гримасе, обнажали гнилые зубы. Отвращение охватило всё её существо. Но больше Мелиссу напугало даже не это... А глаза... Которых не было. На месте привычных для нормальных людей органов зрения зияли пустые чёрные глазницы, взглянув в которые, девочка оцепенела от всепоглощающего, давящего на рассудок страха. Дыхание у Мелиссы спёрло, будто по голове огрели чем-то тяжёлым, а сердце, казалось, и вовсе остановилось.
Видимо, почувствовав повышенное внимание девочки и заметив пропажу прикрытия, коим являлся капюшон его слабо мерцающего блёстками чёрного плаща, неизвестный вдруг перестал смеяться. Дёрнув головой, он неуловимым движением вернул на место капюшон, и Мелисса не без удивления отметила, что теперь разглядеть обезображенное лицо не представлялось возможным. Казалось, воздух начал потрескивать от внезапно появившегося высоковольтного напряжения, моментально превысившего максимально допустимую планку.
От Него веяло опасностью, и Мелисса не знала, чего ожидать, немигающим взором уставившись на скрытый непроглядной тьмой уродливый лик, стараясь не поддаваться парализующему конечности страху и удержать бесстрастное выражение на лице.
— Что ж, — резко подавшись вперёд, глухо произнёс незнакомец. Мелисса с трудом заставила себя не шарахнуться от него, хотя двигаться дальше было просто некуда: спиной она ощущала бетонную стену, в которую старательно вжималась. — Мели-и-и-сса, будем знакомы. Смерть, — гадко растянув имя девочки, незнакомец просунул руку через решётку клетки, которая, задев рукав плаща, ненароком обнажила кисть, заставив против воли перевести на неё взгляд. Голые кости в который раз увеличили сомнения Мелиссы в том, что перед ней находится человек. Шутка о смерти девочке не понравилась, однако уже не казалась такой глупостью, какой была до того, как она увидела фаланги пальцев. Проигнорировав слова незнакомца, она решила не отвечать и ждать от него нормальных или хотя бы правдоподобных объяснений. Задавать вопрос: «Откуда вы знаете моё имя?» — Мелисса считала верхом глупости, потому как ответ на него абсолютно никакой полезной информации ей бы не дал.
— Ладно, тогда оставим прелюдии. Итак, — словно прочитав её мысли, начал неизвестный, одёрнув руку и вновь спрятав её за рукавом, — отныне ты — моя личная игрушка, пользоваться которой я могу сколько мне заблагорассудится. Или пока не сломается, — хихикнул он весело, но девочка не разделяла его настроения. — Благодаря одним очень недальновидным созданиям теперь я могу вернуться к опытам и экспериментам, которые пришлось бросить из-за отсутствия подопытных. Нет, конечно, у меня всегда была возможность выбора из многих других земных и потусторонних существ. Но все они слишком скучные и похожие друг на друга. Другое дело ты... С твоими бесценными способностями, которых Подлунный мир не видел уже тысячу лет, это будет о-о-очень интересно.
Мелисса окончательно запуталась, непонимающе слушая странную речь сумасшедшего. В голове творился хаос из вереницы заблудившихся в поворотах логики мыслей. Создавалось впечатление, что она попала в какой-то страшный фильм, где безумный, сбежавший из психиатрической больницы душевнобольной похищает свою жертву и в тайной лаборатории проводит над ней опыты.