Не дождавшись реакции девочки, Смерть поднялась во весь свой немаленький рост и спустя секунду скрылась из виду, заставив Мелиссу напрячься, щурясь в попытке высмотреть тёмную фигуру. Но вместо силуэта свихнувшегося учёного она вдруг увидела стоящую напротив точно такую же, как у неё, пустую клетку. А рядом ещё одна. И ещё…
Обстановка всё меньше напоминала несмешной розыгрыш, и Мелисса невольно начала верить словам незнакомца. Сделанные из них выводы были неутешительными, и паника, ощутив власть над сознанием, в котором, подобно выброшенной на берег рыбёшке, барахтались в поисках спасения мысли, вновь протянула к нему свои скользкие щупальца.
ГЛАВА 15.2 Плата за спасение — мне быть твоей потерею, или крик волчьей души
Эпиграф:
Нам историю не продлить, В одну сторону нам не плыть По течению этих рек, Превращая минуты в бег.
(с) MONOЛИЗА feat. Владимир Шахрин — Линии
***
Царство Света
В главной резиденции Повелителя Царства Света, что утопала в пышных белоснежных облаках, безжалостно протыкая острыми шпилями небо, стояла привычная гробовая тишина. Высокие потолки величественного здания, украшенные вычурной лепниной и поддерживаемые внушительными мраморными колоннами, что расположились с двух сторон в ровные ряды и монолитными великанами поднимались вверх, упираясь в ажурные арочные своды, создавали ощущение бесконечности, отчего казалось, что границы им были неведомы. Помпезные люстры волной хрустальных брызг спускались с потолка, отражая лучи солнечного света, который потоком лился в помещение из больших панорамных окон, обрамлённых струящимися, подобно водопадам, тяжёлыми велюровыми портьерами тёплого кремово-бежевого оттенка.
Это место средоточия власти славилось потрясающими галереями, в которых хранились редчайшие работы самых именитых мастеров живописи и искусства разных времён, поражающими воображение своими огромными размерами библиотеками, шкафы и стеллажи в которых были заставлены увесистыми талмудами, бесценными историческими свитками и рукописями на древних умерших языках, что не имели ни одного хоть мало-мальски близкого по объёму бесценной информации и обширным сведениям аналога. Особым великолепием обладал приёмный зал — большое парадное помещение, раньше отведённое под пышные балы, устраиваемые в праздники и дни особой важности, ныне же предназначенное для проведения совещаний, на котором глава Царства собирает всех Стражей, и обсуждаются главные вопросы охраны человеческого мира от демонов, прорывающихся через истончившуюся в некоторых местах границу миров.
Роскошное убранство просторного тронного зала не уступало своим изысканным интерьером ни одному другому, построенному за всё существование не только Иного Мира, но и Подлунного. От массивных распашных дверей, невольно притягивающих взгляды входящих искусной резьбой в виде витиеватых, словно оплетающих деревянное полотно лиан, к стоявшему на постаменте трону вёл красный ковёр с вышитыми золотом вензелями по краям.
На троне гордо восседала Правительница Царства — Элеонора. Изящество, сквозившее в её плавных, неторопливых движениях, грациозная гибкость тела, будто одолженная у пластичной пантеры, что гипнотизировала представителей мужского пола обманчивой хрупкостью и соблазнительными изгибами тела, утончённые черты холодного в своей изысканной красоте лица, мерцание молочной кожи тонких рук и белоснежных, сверкающих в лучах незаходящего солнца волнистых волос — в ней всё дышало женственностью и непоколебимым спокойствием. Обхватив длинными пальцами бокал, Элеонора задумчиво разглядывала играющую на свету всеми оттенками глубокого винного цвета бордовую жидкость, крутя хрусталь в руке. Всегда помогающий расслабиться напиток на этот раз не спешил успокаивать расшатанные последними событиями нервы и завораживающе плескался на донышке, как ворох мыслей в её голове, что смешались от неутешительных вестей, принесённых главным Стражем Царства.
— На данный момент ситуация приняла крайне опасный оборот и с каждым часом накаляется всё больше, — обеспокоенно хмурился статный мужчина, сводя к переносице седые брови. Жидкую шевелюру на голове, как и ухоженную, аккуратно подстриженную бородку, уже серебрила седина, выдавая немолодой возраст, несколько морщин глубокими трещинами избороздили высокий лоб, однако во всём его мужественном облике не было ни намёка на старческую немощность: сила сквозила в каждом мимолётном движении. Аристократическая осанка и мудрый, немало повидавший за свой век взгляд не оставляли сомнений в сказанном и против воли заставляли напрячься, ведь если даже стопятидесятилетний Страж, один из самых опытных в своём нелёгком деле, переживал из-за сложившейся нынче обстановки между мирами, то подойти к решению проблемы необходимо как можно скорее и со всей серьёзностью.