Девушка ещё раз прошлась ладонями по шее, но, к сожалению, она не ошиблась. Тоненький, но прочный шнурок, действительно отсутствовал.
— Ой. — Растерянно произнесла она и оглянулась.
Позади уже разрастались сумерки. Стоило ли ей возвращаться назад и попытаться отыскать пропажу или это могло подождать и до утра? Но нет, она не могла так поступить с вещью, которую подарил ей Светел, и которая была ей настолько дорога.
Ещё мгновение лисичка постояла в раздумье, но потом решила, авось она успеет обернуться до тех пор, пока они заполнят весь лес. Чего ей бояться?! Всё ведь здесь близкое, родное.
И она обернулась и поспешила назад.
Но сколько она не бегала по тем местам, что были знакомы ей ещё с детства и которые они со Светелом сегодня навещали, и в рвении своём уже добралась до самой реки. Но найти потерю ей никак не удавалось.
— Почему? Ну что такое? — Девушка раздосадовано топнула ножкой так, как это могут сделать только хорошенькие молоденькие девушки и уже готова была расплакаться, но бродить по совсем потемневшему лесу и дальше не имело смысла. Лучше тогда действительно вернуться завтра утром и попробовать снова поискать своё сокровище.
Лисса тяжело вздохнула, но поняла, что выбора у неё не было. Она уже повернула, чтобы идти назад, когда услышала совсем рядом с собой голос, произнёсший ей почти в самое ухо.
— Привет.
— Ой. — Второй раз за какой-то час вскрикнула Лисса и обернулась.
Перед ней стоял молодой парень, наверное, её ровесник. По-своему симпатичный со светлыми волосами и немного кривоватой улыбкой.
— Кто вы? — Испуганно прошептала Лисса.
— Я Питер. А ты?
— Мне надо идти. Я… я пойду. — Она развернулась и уже была готова побежать в сторону дома, когда он несколько грубовато схватил её за руку и попытался притянуть к себе.
— Постой, куда же ты так торопишься, красавица, давай с тобой познакомимся поближе. — Зловеще улыбнулся он.
— Мне надо… меня ждут… я. — Она совсем растерялась, снова едва сдерживая слёзы.
— Что же ты, не бойся. Я тебя не укушу.
— Отпустите. — Взмолилась девушка, но не была услышана.
— Кто ты? Как тебя зовут? — Он по-прежнему крепко держал её за руку, да к тому же ещё и куда более настойчиво стал прижимать её к своей груди.
Лисса была в полном отчаянии, она по-прежнему чуть не плакала и наконец-то полностью осознала свою ошибку и в последней попытке вырваться вспомнила того, кому сейчас больше всех доверяла и к кому единственному могла воззвать, моля о помощи. И тогда она закричала во весь голос.
— Светел!
Второй раз выкрикнуть имя любимого ей уже не удалось. Крепкая мужская ладонь прочно запечатала ей рот.
— Светел? Кого это ты надумала звать, моя дорогая? — Подозрительно спросил Питер. — Друга? Брата? Любовника?
Вот тут уже Лисса не выдержала и дала волю слезам.
— Ну что же ты, не бойся, всего один поцелуй и ты свободна. — Не унимался парень, его сама вся эта ситуация, похоже, только забавляла. И уж никак не мог он ожидать, что этой веснушчатой девчонке сейчас и, правда, кто-то мог прийти на подмогу. Насколько он мог узреть, наблюдая за ней некоторое время, здесь и сейчас посреди вечернего леса она находилась совершенно одна.
Он дёрнул девушку на себя. Она непроизвольно рванулась в сторону и Питер, никак не ожидавший от хрупкой на вид девчушки столь сильного и резкого рывка, не удержал её.
И вот её рот уже свободен, но голос куда-то пропал и Лисса находит в себе силы только для того чтобы сделать ещё один рывок и попытаться убежать, но парень, назвавшийся Питером снова схватил её, но в руку ему попалось только платье. Раздался громкий в вечерней тиши треск и Лисса, не устояв на ногах, шлёпнулась на землю, сильно при этом ушибив о ствол дерева лоб. Она почувствовала боль и непроизвольно схватилась за ушибленное место, почувствовав под рукой вязкую влагу. Слёзы боли, обиды и унижения снова выступил у неё на глазах.
И именно в этот момент на сцене действий появился Светел.
Возможно, Питер и не хотел ничего плохого, по крайней мере, до определённой степени, вот только в глазах молодого оборотня всё выглядело совершенно иначе, и злость затмила ему в тот момент глаза.
И вот мы с моим Вороном были уже на месте, на том самом месте, где когда-то впервые я повстречал свою Лиссу, месте по-своему священному, месте много значащем для нас обоих. И что же я вижу?
Какой-то подонок склонился над девушкой, дороже которой в моей жизни, наверное, не было никого. Она же, вся сжавшаяся в тугой комок, в изорванном платье, зарёванная, с кровью на лице в страхе жмётся к основанию какого-то дерева. Хотя к тому времени стояла уже почти самая настоящая ночь, я видел всё происходящее как днём, моё зрения оборотня меня ещё никогда не подводило. И тогда я понял, что явился как раз вовремя…. Вовремя для чего? Для того чтобы остановить негодяя, спасти свою девушку и наказать её обидчика.
— Светел. — Вдруг вскрикнула Лисса и лицо её просветлело.
— Я убью тебя. — Прорычал я и кинулся на молодого человека, что спешно оглянулся на окрик моей подруги и мой собственный рёв. Объяснить, что-либо ни было, возможности я ему не дал. Да и что там нужно было объяснять? Для меня всё и так было слишком очевидным.
И только когда он оглянулся, я понял, почему его запах показался мне знакомым. То был мой единоутробный брат Питер, которого я не видел вот уже несколько лет.
Не думал, совсем не думал, что наша следующая встреча с ним произойдёт в таком месте, в такое время и при таких обстоятельствах. Но, в конце концов, выбирать мне не приходилось, и занесенный мною кулак быстро нашёл свою цель.
Мой братец не стал дожидаться нового удара и ответил. Сплетясь с ним в своеобразный клубок из рук, ног и остальных частей тела, сопя и пыхтя от натуги, мы покатились по траве.
Лисса испуганно вскрикнула и подскочила, когда в своей молчаливой схватке мы чуть не налетели на неё. Ну, чисто девчонка! Она прижалась к стволу дерева, подхватив свой длинный подол, что так и этак мазанул меня своей кромкой по лицу.
Хотя среди нас двоих именно я был старшим братом, но всё же я уступал своему младшему и в росте и в строении, потому я и не слишком сильно полагался на своё оборотнево начало и, размышляя на счёт того, кто из нас двоих возьмёт вверх не очень-то надеялся на свою победу. От того, почувствовав что силы понемногу оставляют меня и Лисса может лишиться своего единственного заступника, я решился на отчаянный шаг, шаг который ни в коем случае не должен был совершать. Но это было скорее непроизвольно, чем осознанно и зависело от моих собственных чувств, то есть, говоря простыми словами, в момент моей безудержной злобы я не смог сдержать своей второй сущности и она, ничем более не сдерживаемая, вырвалась на свободу.
Мой противник не успел даже опомниться, как в его объятьях вместо человека оказался могучий чёрный зверь. И только когда мои зубы поверхностно чиркнули его по руке, он вскрикнул от боли и наконец-то отпустил мою теперь уже покрытую жёсткой чёрной шерстью шею. К тому времени опомнился и я.
Я тут же подскочил на все четыре ноги, или правильнее будет сказать лапы, и только увидев кровь на его рукаве, понял, какую именно ошибку я сейчас допустил, но было уже слишком поздно что-либо менять.
Мы стояли напротив и, тяжело дыша, смотрели прямо в глаза друг друга.
— Ты. — Растерянно прошептал он.
— Я. — И сам не знаю почему, глупо ляпнул я очевидное. Он узнал меня несмотря даже на то, что вторая моя ипостась заметно изменилась за прошедшие годы.
Так прошло, наверное, несколько минут.